В последние годы прощупывать эту тему стал яркий и подчас спорный до провокации мыслитель – Алексей Меняйлов. Человек, начавший как яростный хулитель и обличитель Сталина в книге «Подноготная любви», он внезапно изменил свое видение – как библейский Савл, в один миг превратившийся из гонителя христиан в ярого приверженца новой веры. Это магическое превращение видно в книге Меняйлова «Сталин. Прозрение волхва». Но Меняйлов не был первым. Криптограммы Сталина пытался разгадать еще Булгаков, хотя и приходил к совершенно иными выводами. Мы полагаем, что тайнопись эзотерической миссии Сталина содержится именно в «Мастере и Маргарите». Еще раз перечитайте эту книгу – это «Откровение от Михаила» – и вы попадете под магнетическое притяжение Воланда. Воланд – это Сатана. Князь мира сего. Воплощенное Зло. Но чем он занят в романе? Он вершит справедливость. Он укрепляет добро в мире, который погряз в пороках, злодействе, пошлости и предательстве. А спутники Воланда, Коровьев и Фагот? Уже в советские годы литературоведы нашли множество намеков, деталей и черточек в их образах, отсылающих нас к загадочным рыцарям-тамплиерам и альбигойцам-катарам. Вспомните хотя бы последнюю сцену романа с полетом среди звезд, когда кот Бегемот превращается в рыцаря-альбигойца, когда неудачно пошутившего насчет света и тьмы…
Вот такая диалектика цели и средств получилась у Михаила Афанасьевича Булгакова. Зло, творящее добро… Вот она – искомая разгадка. Вот – шифр эзотерической миссии Сталина. И вот почему Император так прохладно принял роман. Он увидел в нем разгадку самого себя – и не хотел, чтобы ее увидели другие.
Красный император разделил Хаос и Зло. Структурировал их носителей. Умудрился поставить Зло на службу Добра. Именно он разгромил троцкистов, разорвал смычку коммунистического и финансового интернационалов, предотвратив «блицкригом» коллективизации убийственную новую смуту – тотальную войну между городом и деревней. Он сумел захлопнуть врата в преисподнюю, распахнувшиеся в России в 1917 году и запереть их на замок. Адские врата закрылись – но страна осталась отравленной злом и насилием. Они пропитали каждую клеточку общества Советской России, проявляясь в каждом миге ее существования. Они оказались разлитыми повсюду – от круга элиты до люмпенского «дна». От быта до политики. Злу предстояло самоорганизоваться, и тогда мало не показалось бы не только России, но и всему человеческому миру. Но Сталин смог найти решение и этой, казалось бы, неразрешимой задачи. Через коллективизацию, ГУЛАГ, насильственную ротацию кадров и через дисциплину страха он запряг Зло в повозку Добра и Развития. У Сталина имелся только один, практически неисчерпаемый ресурс – потенциал Зла в России. И Красный император использовал этот ресурс для сотворения новой Реальности.
Эзотерика динамики общества в России ХХ века оказалась такова, что все ужасы сталинского правления стали не издержками строительства социализма, не трагической необходимостью даже, а единственным способом для ликвидации страшных последствий вторжения тьмы в человеческую цивилизацию. Вторжения, произошедшего на территории нашей страны. Сталину пришлось пустить в ход нечеловеческие технологии превращения зла во благо. Непривычно? Пугающе? Отталкивающе? Да. Но тогда это было единственно возможным путем спасения. Во имя продолжения жизни, и, возможно, не только нашей Родины.
И в заключение скажем о вере. О магическом канале, связующем человека с Великим Нечто, с континуумом смыслов, с Богом. Сталин, по нашему разумению, не был атеистом. Но и христианином его считать нельзя, несмотря на духовное образование. В 1920-е Сталин среди других большевистских вождей отличался едва ли не самым терпимым отношением к церкви. А то, как он устроил выволочку маршалу Василевскому за разрыв с отцом-священником, вообще стало притчей во языцех. Он не был христианином, но при этом возвысил роль церкви, вернул уцелевших священников из лагерей и запретил использовать храмы в хозяйственных нуждах. Он с глубоким знанием дела разбирался в религиозных вопросах, понимал и принимал роль Православия в культурной традиции России. Как ни крути, а Сталин смог привлечь церковь к делу возрождения великой державы.
