Я вижу, что дело зашло в тупик. Нил думает, что знает, на что способен Даг, но мне-то известно, как хорошо люди могут прятать свою настоящую сущность. Нужно сменить тактику.
– А Джасинту ты знал?
Нил снова вскидывает голову, в глазах читается замешательство.
– Джасинту?
– Девушку, которая «упала» с Кхрум-Яй, – уточняю я.
– А, точно, – мямлит Нил. – Встречал ее как-то. Она как-то раз заходила во «Франжипани», когда мы все там сидели. Кажется, это было как раз накануне того, как…
Он замолкает на полуслове, но мы оба и так знаем, что он хочет сказать. Накануне того, как она погибла. Или накануне того, как ее убили.
– А Даг ее знал?
Мой вопрос, кажется, его удивляет, и по его лицу я вижу, что постепенно он догадывается, к чему я клоню.
Довольно долго он молчит, а потом кивает.
– Мы все тогда нажрались, так что та ночь почти вся как в тумане. Честно, я даже не помню, как она оказалась во «Франжипани». Может, тогда был очередной поход по барам или она пришла с кем-то за компанию. Но да, Дагу она нравилась.
Эти слова на мгновение повисают между нами.
– Но ушла она одна, это точно, потому что Даг тогда распетушился… – Нил останавливается на полуслове.
– Пару дней назад мы с Касс ходили на Кхрум-Яй, – говорю я. – Это не то место, откуда можно запросто упасть. От тропинки до края не меньше десяти шагов. В газетах писали, что какие-то туристы нашли ее тело рано утром. Зачем бы она стала подниматься на гору, когда еще было темно?
– Может, она хотела посмотреть восход, – предполагает Нил, правда, голос у него приглушенный, и я вижу, что он сам не очень верит в то, что говорит.
– Вряд ли. Думаю, ее столкнули. И я практически уверена, что Люси тоже убили, может, это даже один и тот же человек. И еще Даниэль – его, видимо, убили, потому что он что-то знал.
– С чего ты так уверена? – спрашивает Нил.
– Просто… Я пыталась в этом разобраться, вот и все. – Я не планировала говорить что-то еще, но слова вдруг начинают сыпаться из меня сами. Как будто после того, как я рассказала Нилу о своем прошлом, внутри у меня что-то разжалось. Я рассказываю, как мы с Касс обыскивали номер Люси и искали ее в соцсетях. Что Люси все о нас разузнала заранее и заселилась в отель под вымышленным именем. Умалчиваю только, что украла телефон Даниэля, и сочиняю, будто увидела то видео с Дагом и Люси в профиле у одного из постояльцев. Этой информацией я делиться не готова даже с Нилом.
Он слушает, широко раскрыв глаза.
– Ты не думаешь, что за всем этим может стоять Даг? – спрашиваю я.
Нил яростно трясет головой.
– Это не Даг.
– Тогда что происходит? Что здесь творится?
Теперь на его лице написано новое чувство, которое я не сразу узнаю. Но через секунду все понимаю.
Это страх.
– Слушай, – он глубоко вздыхает. – Я с тобой согласен. На острове происходит что-то странное. Люди погибают не просто так. Но ты должна мне поверить: я правда не думаю, что это Даг.
– А кто тогда?
– Не знаю, но… – Нил оглядывается, проверяя, не подслушивает ли кто-нибудь наш разговор. Но кроме нас здесь только скучающий официант, который стоит у входа и играет на телефоне. – Ходят слухи, что это местные. Они терпеть не могут фарангов, которые приезжают и ведут себя так, будто они здесь хозяева. Кое-кто думает, что это тайская мафия, как говорил вчера Даг. Они подкупают полицию и продают здесь наркотики, и я точно знаю, что им принадлежит несколько баров на Пхо-Тау. Но мораль всей этой истории такова, что ты должна прекратить в этом копаться. Кто бы ни был к этому причастен, они опасные люди. Вдруг ты перейдешь им дорогу, и они примутся за тебя.
Я киваю, но он меня не убедил. Нил, видимо, это понимает, потому что берет меня за предплечья. У меня перехватывает дыхание, когда он осторожно притягивает меня к себе так, что наши лица оказываются в нескольких дюймах друг от друга.
– Я серьезно, – темные глаза Нила светятся добротой, и к моим щекам снова приливает тепло. – С тех пор как ты приехала, я… Не знаю. На Санге как будто вдруг возникло столько новых возможностей, которых я раньше не замечал. И не думал, что они могут появиться. – Он застенчиво хмыкает, но, к счастью, не выпускает моих рук. – Слушай, я сейчас, наверное, кажусь тебе полным идиотом. Но я просто не хочу, чтобы ты в это вмешивалась. Если ты пострадаешь или, не дай бог, что похуже, я не знаю, что тогда…
Нил умолкает, и, прежде чем я успеваю сообразить, что делаю, и придумать миллион причин, чтобы остановиться, я подаюсь к нему еще ближе, кладу ладони ему на щеки и прижимаюсь губами к его губам.
– Поднимите правую ногу и направьте ее вверх, прямо к небу. А теперь дотянитесь до нее левой рукой. Вот так.
