Лорд Гаральд имел полное право удивляться. В замке только и твердили, что о внезапном недомогании ее величества. По мнению лорда Гаральда, сейчас королева менее всего нуждалась в услугах лекаря. Она выглядела на редкость здоровой и просто светилась от радости. Жаль, того же нельзя было сказать о короле. Его величество, уединившийся в собственных покоях, имел вид бледный и встревоженный. Лорд Гаральд отметил, как по-разному воздействовало на царственных супругов странное происшествие на площади, и почтительно осведомился о здоровье королевы.
— Благодарю за заботу, милорд, — отвечала Аннабел, прикладывая ко лбу белую руку. — Чувствую я себя действительно неважно.
Лорд Гаральд покивал головой. Если королеве угодно считать себя больной, он не посмеет вывести её из этого заблуждения.
— К тому же мне не внушает доверия лекарь…
Лорд Гаральд вновь явил на лице искреннее сочувствие. Оно и понятно. Какому лекарю под силу вылечить здорового человека? Тем не менее лорд Гаральд выказал возможное участие:
— Позвольте, ваше величество, рекомендовать одного целителя. Он великий знаток трав и кореньев…
— Вы говорите о господине Магистре?
Повисла пауза. Лорд Гаральд поглаживал бороду, не спеша отвечать.
— Мне не приходилось прибегать к услугам господина Магистра, — медленно и веско выговорил он.
Королева казалась очень удивленной.
— Как? Разве этого знаменитого лекаря пригласили в замок не вы?
— Я даже не знал, что он лекарь, — ответил лорд Гаральд, перебирая пальцами звенья тяжелой золотой цепи, висевшей на груди. Цепь была длинной, и Аннабел поняла, что лорд Гаральд не скоро отвлечется от этого занятия. Пришлось заговорить самой:
— Чем же объясняется неожиданное возвышение Магистра?
Цепь была позабыта. Вопрос королевы означал, что и она не одобряет благодеяний, расточаемых королем Великому Магистру. В противном случае она расспрашивала бы о Магистре не лорда Гаральда, а своего супруга.
— Обычно люди возвышаются, оказав услугу. Чем важнее услуга, тем стремительней взлет.
— Из этого следует, что услуга Магистра была поистине неоценимой?
— Выходит, так, — улыбнулся лорд Гаральд.
— Магистра считают врачевателем и колдуном… — задумчиво промолвила королева.
— Вряд ли он мог пригодиться как врачеватель. Никто не припомнит, чтобы его величество болел, — живо возразил лорд Гаральд.
Аннабел тоже невольно улыбнулась:
— Воздаете должное заслугам мага?
— Не я. Король.
— Какой же помощи его величество искал у колдуна?
Лорд Гаральд обладал удивительной памятью. Мог с легкостью узнать человека, хоть раз оказавшегося на пути. Восстановить любое, пусть самое незначительное событие. Например, лорд Гаральд вспомнил день состязаний, зеленоглазого лучника, одержавшего победу… Вспомнил, как принцесса, в нарушение традиций, сама надела браслет победителю; обменялась с ним несколькими неположенными по этикету фразами, с просветлевшим лицом вновь взошла на помост.
Победителя состязаний Артур поставил начальником лучников. Говорили, он доблестно сражался. А потом поднялась эта непонятная суета с каралдорскими лазутчиками, пышными похоронами…
Лорд Гаральд не мог ошибиться. Человек, стоявший у ступеней собора, был тем самым недавно погребенным начальником лучников. Королева также его узнала. Узнал и король. И закричал: «Оборотень!»
— Какой же помощи его величество искал у колдуна? — повторила Аннабел.
— Защиты от оборотня? — внушительно и негромко промолвил лорд Гаральд.
Королева взглянула в упор, и лорд Гаральд не отвел глаз. Долго и внимательно смотрели они друг на друга.
Аннабел снова чуть улыбнулась:
— Благодарю, милорд. Вижу, вы по-прежнему остаетесь верным помощником. — Она помолчала, давая лорду Гаральду возможность оценить сказанное. Затем продолжила: — Пришлите своего лекаря, если в нем не нуждаетесь.
— Нынче же будет у вашего величества.
С поклоном отступая к дверям, лорд Гаральд думал: «Чем же начальник лучников не угодил Великому Лорду? Тем, что был дорог принцессе?»
Едва лорд Гаральд удалился, королева повелела:
— Начальника стражи — ко мне.
Начальником стражи Артур назначил Гольда. Аннабел заставила его прождать около получаса. Когда Гольд вошел, пред ним предстала королева — в золотом венце с переливчатым опалом, в тяжелом парчовом одеянии, придававшем величавость ее худенькой фигурке. Лицо королевы было холодно и надменно. Гольд поклонился и замер у дверей. Прошла целая минута, прежде чем Аннабел подняла руку и жестом велела Гольду приблизиться. Он подошел, невольно робея. Губы королевы были плотно сжаты, она не проронила ни слова. Старый вояка не мог понять: чем же прогневал ее величество?
— Гольд! — шквальный ветер в голосе. Хочется съежиться и закрыть глаза. — Некогда я отдала вам письмо для начальника лучников. Вы вручили мое послание?
Гольд растерялся под гневным взглядом королевы. Подобного вопроса он не ждал. Полагал, Артур давно все объяснил.
— Гольд! — возвысила голос Аннабел.
Казалось, от ее дыхания по стеклу пойдут ледяные зоры.
— Нет, — заторопился Гольд. — Не отдал.
— Почему?
— Вы знаете, ваше величество. Начальник лучников уже был мертв.
