Поднятая взрывом пыль рассеялась, и стало видно, что из покрытия двух взлетно-посадочных полос вырваны огромные куски бетона. В виде пыли они покрывали площадь в несколько километров. Два унесенных взрывной волной истребителя лежали у стены диспетчерской в виде бесформенной груды металла. Песчаные призраки из трещины в скале наблюдали за результатом своей работы.
— Ну вот, было две длинных, стало четыре коротких, — сказал один другому, глядя в бинокль.
— Замечательно. Думаю, дня два отсюда точно ничего не взлетит.
— А девчонка далеко пойдет…
— Да уж…
Наступила ночь, но в лагере четвертой бригады ни кто не спал. Отовсюду раздавались стоны тех, кто весь день находился на солнце без масок. Солнцезащитные кремы, выданные солдатам, оказались не рассчитанными на фокосские дозы ультрафиолета. Дневной жар как будто въелся глубоко в кожу и выжигал ее изнутри, разрывал, покрывал волдырями. Обожженные глаза слезились и болели так, как будто вот-вот лопнут.
Бригада в этот день потеряла ранеными почти треть личного состава. Не пострадали только танкисты и пилоты, весь день находившиеся в боевых машинах. Они и вышли в ночной дозор. Уставшие от дневной жары, не выспавшиеся из-за ранней высадки, они вяло бродили между танков, Б МП и ударных вертолетов как бы охраняя их. В эти часы бригаду можно было брать голыми руками. Кто-то думал об этом и ожидал, что вот сейчас появятся призраки и все попадут в плен практически без боя.
Внезапно раздался рев. Это был тот самый рев Дракона, пугавший Джуту ночью. Он доносился откуда-то из скал и был настолько громким, что его можно было ощущать всем телом. Через несколько минут рев повторился. Он повторялся снова и снова все чаще и чаще. Все, кто был в состоянии ходить, выбежали из поселения, чтобы посмотреть, что происходит. Началась неразбериха. Кто-то скомандовал: «Приготовиться к обороне!» На какое-то мгновение звуки прекратились. Наступила пауза. Все замерли в ожидании. В полной тишине послышался низкий гул. Он нарастал и как будто приближался. Гул доносился со всех сторон: от каждой скалы, от каждого камня; он становился все громче, и вот уже от него все расплывалось в глазах. Люди начали валиться с ног. Ставший от вибраций зыбучим песок поглощал технику и людей. Те, кто стоял на камнях кричали и закрывали уши, пытаясь защититься от уже невыносимо громкого звука, разрывавшего им голову.
Прогремел взрыв. В непроглядной тьме фокосской ночи его никто не видел, но продолжительный звук похожий на гром услышали все, кто находился в Змеином каньоне. Той же ночью на лагерь седьмой бригады, располагавшийся неподалеку, падали камни, а утром один джип нашли пробитым насквозь упавшим с неба дулом танка. Все кругом было усеяно обрывками композитного волокна, из которого были сделаны лопасти вертолетных винтов. На месте лагеря четвертой бригады разведчики обнаружили лишь скалы и песок. Ни бригады, ни захваченного ею поселения больше никто не видел.
Перевернувшись и выставив турбины вперед, бомбардировщик на автопилоте спускался с орбиты Титана. Едва заметно подправляя курс, автоматика вела воздушное судно по пологой траектории ко входу в атмосферу в районе архипелага Хаммэ. Ручное управление еще не требовалось. За приборами следил Даг, а Джута спала, удобно расположившись за пультом управления вооружением в задней части кабины. Пол пути до Титана Ника успокаивала ее, убеждая в том, что все будет хорошо. В конце концов, Джута ей поверила и смогла заснуть. На месте помощника бортинженера сидела Люка и играла с болтавшемся в невесомости мечем. Одним пальцем она мягко толкала его в гарду, наблюдая за вращением, и за этим занятием была немного похожа на кошку. В иллюминаторе ослепительно голубым светом сияла полусфера Титана. Проснувшись от этого света Ника открыла глаза и начала потягиваться. Даг, как будто давно ожидая пока Ника проснется, начал разговор:
— Ты знаешь, я придумал, что нам делать с ней… — Даг кивнул в сторону Джуты. — Ну, как ее?..
— С Джутой, — напомнила Ника.
— Да, с Джутой… Ей ведь приговор вынесли до присяги Зэуса?..
— Не знаю, — растерянно сказала Ника.
— Потому что новости надо читать. Его убили во время инаугурации. Он не успел произнести присягу.
— Ну и что это значит?
— А значит это то, что Галеон официально не является независимым государством. По закону о суверенитете субъектов республики Аллария, в случае признания независимости, субъект обретает ее с момента завершения формирования в нем всех институтов власти. Короче, пока у галеонцев нет президента, они — Алларийская автономия.
— Да ладно? Они разве — Алларийская автономия?
— А что же еще?
— Независимый Субъект Конфедерации, — неуверенно ответила Ника.
— А вот и нет. Это типичное заблуждение. Галеонская колония — это автономная область республики Аллария, которая, в свою очередь, является частью конфедерации. Следовательно, Джута осуждена судом республики Аллария и как гражданин Алларии может отбывать наказание на ее титанианской территории.
