- Но кто-то управляет городом и людьми?
- Бывшая Метека Чокея.
- А что воительницы?
- Они мечутся по степям в поисках хорошей травы. Лошадей надо чем-то кормить, когда я ехала сюда, думала, что мы возвратимся и возродим Фермоскиру. А вы начинаете войну.
- Мы возродим Фермоскиру на Боспоре,- твердо сказала Атосса.
А Годейра подумала: «Обе врут, как по писанному».
Перисад свои далекие планы вынашивал в одиночестве, он знал, что в этом мире нельзя доверяться никому. Даже Годейре, которая, как он предполагал, любит его по-настоящему и может в его намерениях очень сильно помочь. Но после второго Совета у Тиргатао он понял, что бывшая царица Синдики, пожалуй, красивее и моложе главной амазонки и стать мужем Тиры было бы еще почетнее. Если в войне, которую они затевали, решительная и умная меотка добьется успеха, можно свои планы осуществить быстрее, чем при Годейре. То, что Тира ехала к кону аксамитов, не мешало Перисаду - пусть скифы, амазонки и население Синдики подавят боспорцев, он в любой момент может бросить свою козырную карту - флот и стать единовластным хозяином варварского мира, При этом кибернет понимал и другое - бросить эту карту ему Агнесса не сможет помешать. В конце концов, Тиру можно убрать и жениться на Богоданной. Но сначала надо отодвинуть Годейру и завоевать правнучку мифического прародителя скифов Тиргатая. Поэтому, прежде чем закончить приготовления к походу на Танаис, он зашел к Тире.
- У меня к тебе, Солнцеликая, немалая просьба - сделай так, чтоб ни Богоданная и ни Годейра не лезли ко мне с приказами - я хочу получать повеление только от тебя.
Тира глянула на кибернета загадочно и утвердительно кивнула головой.
Эту большую поездку в скифские степи Тира задумала как деловую и как свадебную. Атосса Предоставила свою триеру, а в трюмы посадила более сотни храмовых амазонок, самых сильных и самых красивых. На палубе поставили две кибитки, чтоб было где укрыться царице и ее свите. Всю остальную часть палубы отдали лошадям. От берегов Танаиса до стойбища кона Агата предполагалось ехать двум царицам с большим конным кортежем. Сначала хотели взять и Атоссу, но Богоданная уговорила ее остаться, чтобы самой увидеть аксамитную столицу и Камышовую Фермоскиру. Перисад обещал легкую поездку - море они пройдут при попутном ветре на парусах, а по реке Танаису качки не бывает. Так оно и получилось. Дождавшись попутного ветра, триера ходко прошла участок Меотиды, ветер не ослабел и в русле Танаиса. К рыжему камню они подошли без особых трудностей. Царица Тира отдыхала в своей кибитке, а Годейра ехала с Перисадом. Агнесса в кибитках почти не была - она все время торчала то на палубе, то у кормила. Командующей флотом следовало научиться управлять триерой, а храмовые ставили паруса и следили за лошадьми. За время пути они их вымыли, вычистили и делали это с удовольствием. По лошадям они соскучились и даже на парней из охраны Тиргатао не смотрели.
Выгрузились на берег быстро, коней отпустили на траву, люди начали приводить себя в порядок. Купались, стирали одежду, готовили оружие. Выехали в степь под вечер - жара спала и дышать было легче. Впереди шла Тира с пол-сотней охраны, за ней - две кибитки, а замыкала шествие Годейра с храмовыми амазонками. Все верхом, все с копьями, все в блеске бронзовых шлемов. Агнесса тоже гарцевала на коне, она охраняла кибитки. Годейра и Перисад очень желали ехать вместе, но Тиргатао приказала кибернету быть на своем месте - около триеры. Перисад воспротивился, но Тира резко сказала:
- Ты же сам просил.
В стане Агата гостей не ждали. Но увидев вдали сверкающую шлемами и наконечниками копий колонну, выстроили вокруг стана воинов, всех мужчин стана. Коной Агаэт с группой охраны выехал и первый узнал Тиргатао. Он понял, что коне дана отставка, что снова восстанавливается прежняя семья. Он отъехал в сторону, поприветствовав мать взмахом руки, пропустил ее и охрану. Коща прошли кибитки, он увидел Годейру и хотел пристроиться к ее коню и выразить радость встречи. Но царица даже не взглянула на него, подала какой-то знак — к ней подъехали четыре амазонки и отсекли коноя от царицы, как-то незаметно отодвинули его в сторону. Пропуская конный строй, Агаэт не узнал ни одной амазонки. Они, как он понял, на агапевессе не были. Охрана коноя тоже бросилась к амазонкам, надеясь встретить подруг по агапевессе но храмовые ощетинились копьями, скифы еле успели отскочить в сторону.
Все население стана с удивлением глазело на гостей. Таким красивым строем скифы никогда не ходили.
Кон Агат помог Тире сойти с седла и сказал торжественно:
- Я приветствую тебя, Солнцеликая Тира, на своей родной земле!
- Зови меня Тиргатао,- повелительно заметила царица.
- Как это?- кон искренне удивился.
- Я правнучка бога Тиргатая. Разве ты не знал?
- При богиню Ипполиту я что-то слышал, а про Тиргатая... Я знаю, он жил так давно, что ты сотни раз могла быть правнучкой скифского бога.
- Замолчи и не показывай свою глупость. У нас на носу война.
