Лучший автор бестселлеров серий «На Дублинской улице» и «Герой» по версии Нью-Йорк Таймс, Саманта Янг, на страницах этого страстного и яркого романа о любви, потере и поиске своего жизненного пути, возвращает читателя в Шотландию. Нора О'Брайен убегает вслед за своей мечтой из Индианы в Шотландию, глубоко уверенная, что поступает правильно. Спустя три года она живет в принявшей ее стране, не имея ничего, кроме чувства вины и сожаления. Но однажды в ее жизни появляется Эйдан Леннокс — шотландец, музыкальный продюсер и композитор. Он старше, опытен, сексуален — Нора никогда бы не посмотрела на такого мужчину. Но все же, они нашли друг в друге свет, страсть и силу, которые искали, чтобы, несмотря на прошлые потери, идти дальше. Правда, когда жизнь снова ставит подножку Эйдану, он не обращается к Норе, а просто исчезает. И эта потеря вдохновляет Нору на что-то новое, воспламеняет ее дух. Гнев и боль заставляют двигаться вперед, снова взять жизнь под контроль, чтобы достичь своей мечты. Она, наконец, попадает на сцену театра, параллельно заканчивает колледж, и осуществляет все, о чем мечтала. Избегая того, что может принести новую боль, Нора сосредоточивается на своей цели. Но все становиться непросто, когда возвращается Эйдан. Он почему-то ненавидит Нору, и полон решимости с ней воевать. А она понятия не имеет, почему. Справятся ли они, смогут найти в жизни свое место и счастье?
Однажды мама моей лучшей подруги сказала: «Ты будешь думать, что после огромного количества перенесенных страданий человеческое тело не сможет вынести еще б
Она была одной из самых сильных людей кого я знала, поэтому даже став взрослой я помнила эти слова. И однажды поняла: мамина подруга была права. Большинство человеческих сердец очень даже приспособлены переносить потерю и горе.
Никто, однако, не сказал мне и слова о чувстве вины и сожаления, и как долго после потери, эти два чувства могут тебя преследовать.
Я не хотела, чтобы они меня преследовали. Никто не хочет. Так что я притворилась, что ничего не произошло, и ушла с головой в работу. Нет, не в ту работу ассистентом продавца в милом магазинчике одежды в Старом городе. Работая там, я всего лишь могла оплачивать счета. С трудом. Вот почему сейчас я собираюсь уходить из магазина после сверхурочной работы. Я взяла все сверхурочные часы, которые могу осилить... и которые не мешают моей другой работе.
Вообще-то, это не просто работа, а гораздо больше.
— Нора, ты не могла бы помочь клиенту? — Лия просунула голову в дверной проем, заглядывая в кладовку, которую мы называли комнатой для персонала. — Ты куда уходишь?
Я надела рюкзак и прошла мимо нее.
— Помнишь, сегодня я до двенадцати. Уже пять минут первого.
— Но Эми еще не пришла.
— Прости. Мне надо в больницу.
Ее глаза округлились.
— О? Что случилось?
— Эй, извините... — стоявшая у прилавка девушка выглядела раздраженной. — Кто-нибудь может мне помочь?
Лия отвернулась, чтобы обслужить клиентку и, воспользовавшись моментом, я выскочила из магазина без всяких объяснений. Я знала, что моя начальница, периодически сожалеет о том, что наняла меня. Она взяла на работу двух американок: Эми и меня. Только одна из нас соответствует известной национальной репутации дружественного экстраверта.
Угадайте, кто.
Дело не в том, что я плохо справляюсь со своей работой, или даже не в том, что я не дружелюбна. Просто я не делюсь личным дерьмом с людьми, которых не знаю. У Эми и Лии, кажется, нет проблем, чтобы рассказывать друг другу все, начиная от любимого цвета и заканчивая способностью их парней доводить до оргазма по вечерам пятницы.
К тому моменту, как я поднялась на холм и поспешила по старой мощенной булыжником дороге Королевской Мили, мое беспокойство усилилось. Это было глупо: дети никуда не денутся, просто я ненавидела опоздания. За все те недели, что посещала больницу, я еще ни разу не опаздывала. И как только доберусь, мне нужно успеть переодеться, прежде чем кто-нибудь из детей увидит меня. (
Эдинбург называют «городом ветров» и сегодня он полностью оправдывал свое прозвище, бросая все свои силы на борьбу со мной. Я шла навстречу ветру, чувствуя его ледяное дыхание. Некая часть меня задавалась вопросом, уж не пытается ли город этим мне что-то сказать. Буду ли я в будущем вспоминать этот день и жалеть, что не прислушалась и не вернулась?
Подобная фигня крутилась у меня в голове, и в последнее время частенько приходила на ум. Я жила в своих мыслях.
Даже не один день в неделю.
Но не сегодня.
Сегодняшний день был посвящен им.
Своим быстрым шагом обычные двадцать минут ходьбы я сократила до пятнадцати. Если бы не проклятый ветер, то получилось бы еще меньше. Когда я потная и запыхавшаяся появилась в отделении, медсестры на посту посмотрели на меня с удивлением.
— Привет, — выдохнула я.
Джен и Триш улыбнулись.
— Мы не знали, придешь ли ты сегодня, — сказала Джен.
Я хмыкнула в ответ:
— Меня остановит только болезнь или смерть.
Поняв о чем я, она усмехнулась и обошла сестринский пост.
— Все дети в комнате отдыха.
— Где я могу переодеться, пока они не увидели меня?
Джен удивленно покачала головой.
— Они не будут возражать.
