Отряхиваюсь, будто искупавшийся песик, смахивая влагу с фиолетовых уже давно не кудрей, а накрепко залаченных соплей, заказывая у бариста любимый ванильный мокко. Кофе вообще моя слабость, готова душу за него продать, а уж ванильный мокко…
Пока тот готовится, залипаю на витрину с десертами. Долго смотрю на политый жидким шоколадом брауни с шариками мороженого и понимаю, что все:
Эх, к черту диету! Все-таки такой повод…
Забираю заказ и, пока не набежали другие застигнутые непогодой, занимаю дальний свободный столик возле окна. С классным видом на дорогу, по которой то и дело смазанными вспышками проносятся отблески фар, путающиеся в стекающих по стеклу каплях.
Усаживаю рядом плюшевого белого гуся, чтобы тот тоже оценил ламповость момента, и достаю из маленького рюкзачка так и не использованную упаковку разноцветных свечек для торта. Вскрываю, заимствую одну и, запалив зажигалкой фитилек, втыкаю украшение в брауни.
Ну что, типа с днем рождения меня?
А, желание… Надо загадать желание.
– И чего бы такого загадать? – Подперев подбородок, задумчиво жую помаду на губах. – О, знаю! Можно мне мужика адекватного? – С кривой усмешкой отвешиваю пляшущему огоньку и задуваю.
М-да. Наверное, я сейчас максимально ущербно выгляжу со стороны, однако в свою защиту замечу: вечеринку мне пытались устроить. С караоке, блэкджеком и шлюхами. И если бы не последнее, движуха удалась бы на славу, но…
Не получилось, не фортануло.
– У кого-то сегодня праздник? – словно по заказу подкатывает ко мне левый чел, топтавшийся до того в противоположном углу кофейни. Долговязый, с грязным тощим хвостиком на затылке и несуразным пушком над губой.
Усики – пропуск в трусики, а?
В чьи конкретно – не знаю, но точно не в мои. Не до такой степени я отчаялась. Да и загадывала не совсем это. Надо было, видимо, уточнять детали, характеризующие «адекватного мужика».
– Да не, я просто токсикоманка. Обожаю нюхать плавленый воск, бензин и грязные носки. Я вообще слегка невменько, так что не обращай внимания, – отмахиваюсь от него, давая понять, что на беседу не настроена.
– Я тоже с прибабахом. Могу составить компанию.
Блин. Чел, ты реально не понимаешь намеков?
– Так у меня уже есть, – киваю на гуся. Не удержалась, когда меньше часа назад увидела его в витрине одного из сувенирных магазинов. Решила сделать самой себе подарок. Клевый же! – Василием зовется. Парень – огонь! Думаю, у нас все серьезно.
– А ты забавная.
Зато ты тоскливый до зевоты.
– Да. Мне когда-то говорили. – Высокий ботинок на шнуровке предупредительно выставляется вперед, пресекая попытку присесть рядом. – Чувак, ну нет. Вот вообще никак. Свободен, – не выдерживаю. – Дама хочет побыть одна и всякое такое, так что сорри.
– Ну и зря. Не знаешь, от чего отказываешься, – гордо откликается тот, демонстративно удаляясь.
Ого. Вот это я понимаю, уверенность в себе! Может, правда – жемчужину упускаю, а? Ну а что. Усенки можно побрить, волосы постричь, затасканные шмотки сменить – глядишь, таким красавцем станет, что еще локти кусать буду. Когда-нибудь…
Но точно не сейчас. Сейчас я слишком занята новыми уведомлениями, пришедшими на телефон. Поздравлений за сегодня насыпало немало, вот только я так не люблю отвечать на эти мало чем отличающиеся трафаретные шаблоны, что просто отмечаю их прочитанными и забиваю болт.
Исключение делаю только для Алиски, лучшей подруги. И для мамы. Последней на невинное «
«
Застукать своего парня на кухне, ублажающего пальцами новую подружку друга, который находится буквально в соседней комнате, – это, конечно, мощно.
Тут одно из двух: либо стоит восхититься поразительной человеческой бессовестности, либо обалдеть от переизбытка дебилизма на квадратный метр.
Ма тоже оценивает всю глубину треша. Причем делает это в свойственной себе манере: стикером из «Вовки в тридевятом царстве».
«
Тьфу, блин. Мама! Я же ем!
Пф-ф. Да пускай подавится. Этот свитер все равно у нее в мастерской кто-то забыл, и он долго валялся без дела, работая пылесборником, пока не перекочевал к Славе. А тот его и не надевал ни разу. Сомневаюсь, что вообще помнит, куда его засунул.
