Нажав кнопку «Опубликовать», поднимаю голову, чтобы подставить мокрые щеки ласковым лучам вечернего солнца. Слез больше нет, да и не так уж много их было, хотя, как только я вышла из «Тайной комнаты», думала, буду рыдать в три ручья.
Отталкиваюсь ногой от земли, раскачивая старенькие качели. Движение вперед-назад расслабляет, шелест листвы могучего ореха успокаивает. Лилу Холмс все-таки справилась с расследованием и многое поняла, но какой ценой?
Тим. Друг, которому я доверилась и впустила в свою жизнь, оказался двойным агентом.
Егор. Гратис, в которого я была влюблена все это время, тоже обманул меня, стараясь сохранить свою тайну.
И кого мне винить? Ребят, что поступили так, или себя, потому что беспринципно лезла в чужую жизнь и чужие планы, чтобы удовлетворить любопытство. Дерьмо случается, и чаще всего мы сами же его и создаем.
Больно. Так, что закладывает уши, но я не вижу правильных решений и верных ходов, кроме тех, что уже сделала. Надо бы жалеть о случившемся, но, с другой стороны, если бы я все это не затеяла, то еще неизвестно, где оказалась бы, с кем и в каком состоянии.
Принимать данность жизни непросто. Легче жаловаться на судьбу и вечную несправедливость, но путь мы всегда выбираем сами: стоять на месте, шагнуть назад или двигаться дальше. Я больше всего хотела бы взлететь и еще вчера думала, что у меня это получится. Что наконец-то теперь я смогу. Снова любить. Снова дружить. Жить. Дышать. Смеяться. Целоваться до онемевших губ. Говорить обо всем. Молчать в присутствии близкого человека, держа его за руку. Пелена спала. Мир иллюзий рушится, оставляя горький привкус.
Все виноваты, но я больше остальных. Лучшее, что я могу сделать, – оставить команду Гратисов в покое, не вынуждая их больше лгать и не мучая себя. Сложно. Обидно. Удушающе жаль, что все так, но пора уже учиться жить без масок, без тайн, без лжи и глупых игр.
Остаток дня проходит в размышлениях. Мучаю себя анализом поступков, воспоминаниями об обретенном и потерянном. Ба видит, что со мной происходит, и даже пытается поговорить, но я мягко отказываюсь. Еще не готова.
Вместе с темнотой вновь приходят слезы отчаяния и грусти. Плакать всегда лучше ночью – кажется, что никто об этом не узнает; что тьма тебя защищает и понимает, а луна льет слезы вместе с тобой, разбрасывая их по небу яркими точками.
Телефон нещадно пищит, приглашая взглянуть на сообщение. Так уже несколько часов, и я сама не знаю, почему не выключила его, ведь боюсь смотреть, кто и что мне там пишет. Сползаю с подоконника и сажусь на кровать. Вытираю длинным рукавом домашней кофты слезы и беру в руки мобильник. Сообщения и звонки от Тимофея.
Собираюсь ответить Тиму, но не знаю, что написать. Сказать, что я уже все разгадала, – значит подтвердить свою неадекватность. Влезла в клуб, подслушала их разговор – поступок нормального человека или сумасшедшей фанатки? Думаю, второе. Не хочется падать еще ниже.
