Мне кажется, я даже слышала, как из той машины, которая чуть не сбила меня, что-то вылетело и, металлически звякая, покатилось по дороге. Только тогда я не обратила на это внимания из-за несущегося на меня оборотня.
Я затравлено огляделась вокруг. Мне уже казалось, что среди всех этих бегающих по улице людей и подъезжающих машин с сиренами затаился тот, кто хочет моей смерти и наблюдает за мной, ждёт, когда я повернусь спиной.
Однако вокруг никто не обращал на меня внимания, так что я встала на четвереньки и выглянула из-за машин на дорогу. Вокруг бегали и суетились люди и маги в форме, подъезжали новые машины полиции, магической и медицинской помощи.
Виновато оглянулась на оставшегося лежать без сознания мужчину, встала, отряхнулась и как ни в чём не бывало пошла в сторону парка.
— Девушка! — Послышался сзади женский голос.
Сперва я попыталась сделать вид, что не слышу или это вообще относится не ко мне. Но всё же на третий окрик пришлось обернуться. Как бы мне ни хотелось сбежать, подозрений вызывать не стоило.
Ко мне подбежала молодая женщина в форме экстренной магической помощи с большой сумкой через плечо:
— Девушка, вы были неподалёку, когда произошёл взрыв?
Я отрицательно покачала головой, отчего она взорвалась вспышкой боли. Губы непроизвольно скривились в гримасу боли, которую я тут же замаскировала под улыбку. Представляю этот оскал.
— Нет, я просто подошла посмотреть, что произошло. — Ответила я, через силу сдерживаясь, чтобы не застонать. — Надеюсь, никто не пострадал?
Женщина покачала головой:
— Ваша голова. — И на мой непонимающий взгляд ответила. — У вас кровь на голове сзади. Давайте я вас осмотрю.
— Н-не нужно. — Слегка запнувшись, но всё же довольно уверенно проговорила я. — Я в порядке.
Осмотр — это регистрация, как пострадавшей. Мало того, что время. Так ещё и ненужная запись на месте происшествия. А мне сейчас нужно как можно меньше светиться. И вообще, пора убираться отсюда.
Женщина нахмурилась и уже собиралась сказать что-то ещё, но я её перебила:
— Всё хорошо. Извините, мне нужно идти.
И развернувшись, пошла в прежнем направлении.
— Стойте! — Раздалось сзади, и я обернулась. — Выпейте вот это. — Она порылась в своей сумке и протянула мне небольшой пузырёк тёмного стекла. — Это восстанавливающий эликсир, вам точно не помешает.
Я благодарно кивнула, забрала пузырёк и быстро зашагала в сторону парка — надо сматываться. Причём, чем быстрее — тем лучше.
Тёмные дорожки парка ложились под ноги, шум в голове потихоньку стихал, тело после волшебного эликсира больше не ломило. Вообще, физически я чувствовала себя гораздо лучше. Вот только на душе было погано, и с каждым шагом становилось всё хуже.
Для начала я просто не знала, куда идти. Потому, пройдя довольно далеко вглубь парка, я сначала замедлилась, а пот м и вовсе остановилась. Ни домой, ни к приёмной матери идти нельзя — бесы знают, кто на меня охотится и что они обо мне знают. И эти люди явно опасны, так что семью подставлять я не буду.
Я вообще не понимала, зачем и кому понадобилась? Вернее, наоборот — кому я так уж мешала? Живу себе спокойно, никого не трогаю. Ну подворовываю иногда. Но не убивать же за это! Тем более, таким способом. Как будто я какой-нибудь опальный политик.
Надо как-то разобраться, что происходит, кто за мной следит и как. А там…
Э, нет. Пожалуй, пока буду разбираться, меня прикончат и до «а там» я просто не доживу. Валить нужно. Для начала в другой город, хотя бы выспаться и привести себя в порядок. Другую личину у спеца заказать и улетать.
Эх, к эльфам не получится — как жаль! Всего пять месяцев оставалось до двухлетнего обязательного опыта работы, с которым они принимают специалистов. Так что только Лестания. И опять всё с нуля…
Слёзы навернулись на глаза. Я знала, что однажды этот день настанет и мне придётся всё бросить и уехать. Но не думала, что это случится так скоро и таким образом.
Где я там найду таких же классных подруг? А мама… Да, она не родная мне. Она приняла к себе раненного подростка с улицы одиннадцать лет назад, никогда не ругала и никогда не задавала лишних вопросов. Доверяла мне. И любила. А я теперь брошу её.
И Маркуса. И Иллиана — какой-никакой, а почти брат.
И квартирка моя.
И магистр Фенрин — его ведь развеют, если он, устав меня ждать, станет шататься по соседям.
— Ну, что ты раскисла? — Из-за пазухи высунулась голова кота и ткнулась мне мордочкой в подбородок. — Я же с тобой.
Его тон был такой возмущённо-обиженный, что я усмехнулась сквозь слёзы и погладила пушистую голову между ушей:
— А ты что ли мысли читаешь? — Всхлмпнула я.
— Н-ну, не то чтобы читаю… — Протянул кошак и потёрся мордочкой о мою щёку. — Просто когда сливаюсь с твоим телом, оно как бы немного и моим становится. Чувствую направление мыслей, вижу образы.
— О как! — Вспомнилось, о чём я думала, когда я наблюдала за курящим мужиком и щёки полыхнули огнём.
— И это тоже вижу. — Подтвердил Адам. — Вкусненько!
— Что?! — Мне кажется, у меня уже горела кожа до пупка. — Извращенец пушистый!
Кот хихикнул, но тут же продолжил, включив свой любимый профессорский тон:
