Взгляд упал на притихшего черта. Сейчас Кузя казался даже меньше обычного: так сильно он боялся меня.
— Правильно делаешь, что боишься, — сегодня я не собирался с ним любезничать.
После того, как я нашел Риама без сознания, а Кузя в это время шлялся неведомо где, только привязанность парня и спасла это создание от развоплощения. Я прекрасно знал, кто он такой. Даже лучше, чем кто-либо в этом мире, ведь не раз и не два спускался демоном в Нижний мир. А черт не мог не знать, кто перед ним. Всем все понятно.
— Я доверил тебе присматривать за ним, подкармливал тьмой, чтобы ты смог оставаться в этом мире и дальше, а ты подвел меня. — Я наклонился ближе, и черта начала сотрясать крупная дрожь. — Еще одна оплошность… — прошипел. — Ты! Меня! Понял?
Кузя часто-часто закивал, изо всех сил прижимаясь к Риаму. Знает, шельмец, чувствует, что так ему ничего не грозит. Но и правда, видя, как сильно существо привязалось к парню, я готов был простить ему многое. Готов был даже забыть о трех изумрудах, что пришлось отдать его Князю, выкупая право чертенка жить в нашем мире.
Качнул головой, поражаясь собственной мягкотелости.
— Отдыхай, — прошептал единственному родному существу во вселенной. От мысли, что узнав мой секрет, увидев демона, Риам отвернется от меня, леденела кровь.
Я никогда не смогу отпустить его. Не в этот раз.
День за днем. Неделя за неделей. Все ближе становился мне невыносимый, жесткий и требовательный Дешарк. А еще за эти долгие месяцы я твердо уверилась в том, что жить мужчинам однозначно легче: чего только стоят не довлеющие над тобой правила приличия, запреты и ограничения. То, что можно мужчине, нельзя женщине, будь она хоть трижды его сильнее.
Я начинала все сильнее переживать, но придумать, как удрать от начальника, не получалось. Словно чувствуя, о чем я думаю, он постоянно был начеку, мягко опекая меня и исподволь контролируя каждый шаг. Но я-то об этом контроле знала!
А ещё я не могла не заметить, что мужчина все время ко мне присматривается, заставляя нервничать все больше и больше. Неужели сумел разглядеть что-то? Или подозревает?
Неизвестность и страх быть разоблаченной выжимали из меня все силы. А стоило только представить, что ДеШарк узнал правду, как тут же темнело перед глазами: такого унижения этот мужчина мне никогда не простит.
Кузя, вечерами выслушивая мои жалобы, лишь сочувственно вздыхал. Я не могла снова сварить такое же зелье, потому что оно просто не сработает на мне повторно, как не могла убежать и не могла остаться. Я была в западне.
— Давай пройдемся. — ДеШарк, дождавшись, когда я поставлю точку в письме эльфийскому послу, отобрал у меня документ. — На сегодня все.
Я с удивлением посмотрела в окно, за которым виднелось полуденное небо. Это, наверное, впервые, когда мы закончили до наступления сумерек. На душе тревожно заскребли кошки.
Мы молча вышли из здания, по пути здороваясь со встречными сослуживцами. И со мной здоровались так же часто и так же вежливо, как и с самим лордом. Ха, знают, что, когда очередное прошение подавать нужно будет, придется ко мне на поклон идти. Самому к ДеШарку, никогда не берущему выходных, с таким разве что самоубийца сунется.
— Я не ошибусь, если скажу, что ты потребуешь снять печать и сбежишь, как только закончится действия контракта? — спокойно спросил начальник.
Мы медленно шагали по тенистой улице, напрочь игнорируя пытающихся продать нам что-нибудь мелких торговцев.
— Печать бессрочная? — Это был еще один вопрос, о котором я переживала: как только она спадет, ДеШарк тут же поймет, кто перед ним.
— Да. К слову, снять ее могу только я. — И остановился, преграждая мне путь. — Так что, я прав?
Я опустила лицо, рассматривая носки ботинок.
— Простите. — Отрицать было глупо.
Мы стояли возле входа в парк, еще пустынный в это время суток. Лишь на некоторых лавочках сидели бабушки с внуками или играли карапузы из ближайшего детсада.
— Я могу узнать почему? — ДеШарк нажал на мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.
Но что я могла сказать?
— Так нужно. Я так хочу.
Лорд Схватил меня за предплечья и встряхнул.
— Бежишь? Опять бежишь?! Куда? Тебя не устраивает работа?
Я с тоской посмотрела вглубь парка. И когда я успела проникнуться к этому мужлану уважением? Почему так тоскливо рвать нашу непонятную привязанность сейчас?
— Я задал вопрос!
— На нас смотрят, — ответила едва слышно, и не думая вырываться.
— Ответ?! — прорычал.
Я с неясной пока тревогой наблюдала за тем, как темнеют, словно кто-то капнул чернилами в воду, его глаза. Разве у людей так бывает?
— Мне нравится работать с вами, — прекрасно зная, что такой сильный маг с легкостью распознает ложь, я сказала то, что чувствовала.
— Тебя кто-то ждет там, куда ты собираешься?
— Нет, но… Я должен.
— Я знаю. Знаю, почему ты такой замкнутый и зажатый. Знаю, почему ты бежишь. Но разве я похож на того, кто тебя обидел? Разве я дал тебе повод в себе сомневаться?
Я отшатнулась, как от удара.
— Откуда? — все, что смогла спросить.
