В последний раз его видели на мексиканской границе. Истри не знает, где он сейчас находится, и никто не знает… за исключением, может быть, одного-двух человек…
Он сделал довольно многозначительную паузу, выпил и выразительно посмотрел на меня. По его лицу струился пот.
— О'кей, — сказал я. — Кто же эти два человека? — Он допил виски.
— Я, кажется, и так уж слишком много рассказал, — глухо сказал он. — Я еще никогда в жизни не говорил с копами, и всегда был чист. Теперь мне совершенно необходимо…
Он закурил.
— Истри — настоящий Сатана, исчадие ада. Я долго с ним работал, но в последнее время у нас появились кое-какие расхождения во взглядах. Причем дело тут не в деньгах, он мне дает довольно кругленькую сумму. Тут замешано одно обстоятельство…
Я улыбнулся.
— Понимаю. Женщина?
— Да. Но не в том смысле, в каком вы думаете… Речь идет о моей сестре… Жоржетте.
Он с минуту помолчал. Кажется, парень собирается впасть в сентиментальность.
— Когда ей было всего три года, я отвез ее во Францию, в монастырь. Я хотел, чтобы она была подальше от меня и от тех гангстеров, с которыми я был связан. Она получила отличное образование и практически она настоящая француженка. О'кей.
Два года назад она приехала сюда на каникулы и, естественно, мне очень хотелось посмотреть на нее. Она даже не знает, что я ее брат. Я с ней несколько раз встречался, ходил с ней в кино, в театр и вообще появлялся в разных местах. Я сказал ей, что я друг ее отца.
И вот однажды Джек увидел меня с ней. Ей было в то время 17 лет, и это был настоящий персик. Я должен был знать, что этот грязный, так его и так, обманет меня. В один прекрасный день он отослал меня по делу в Денвер, а когда я вернулся обратно, меня ожидал удар.
— Что, Истри подцепил девчонку? — спросил я.
— Да, этот паршивый негодяй вскружил ей голову и женился на ней. Вернее, он ее припугнул, и она вынуждена была согласиться.
Семейная жизнь у нее, конечно, была самая отвратительная, и если бы у меня хватило нервов и я был уверен, что ей пойдет на пользу, я бы обязательно убил его. Но я этого не сделал.
— Значит, это она все рассказала тебе о химиках? — спросил я.
— Да. Джек доверяет ей. Он все ей рассказывает, конечно, в те периоды, когда не обманывает ее и не путается со своими дешевыми потаскушками. И вот ей пришла в голову замечательная мысль.
— Ну-ну, я слушаю, — сказал я.
— Она догадалась, где находится Грирсон, — сказал он. — Она поняла, что Пинни Ятлин, находясь в Мексике, ведет двойную игру, что это он захватил Грирсона, зная, что без его половины формулы формула Джеймсона не стоит и ломаного гроша. Она считает, что Пинни будет придерживаться Джека до тех пор, пока тот не заплатит ему долю за джеймсоновскую формулу, а потом поведет свою собственную игру.
На днях он получил из Мехико-Сити от одной девчонки, работающей на него, телеграмму. От этой телеграммы Джек ужасно рассвирепел. Потом с ним разговаривал по телефону Пинни, который сообщил, что в дело ввязались вы, хотите верьте мне, хотите нет, но гангстеры по-своему уважают вас и очень высоко ценят.
Узнав, что вы ведете это дело, Джек несколько опечалился, но все-таки продолжает думать, что он по-прежнему держит на руках всех тузов.
Он рассказал обо всем Жоржетте и она ужасно испугалась, услышав подробности этого проклятого дела.
Уверяю вас, она отнюдь не создана для того, чтобы связать свою жизнь с таким грязным бандитом. Она мне все рассказала, вот откуда я услышал ваше имя. Между прочим, она считает, что вы чертовски хороший парень.
Он взял шляпу.
— И ей пришла в голову идея, великолепная идея, — продолжал он. — Должен вам сказать, у этой девчонки голова работает неплохо.
— Да? — спросил я. — И что же это за идея? — Он пристально посмотрел мне в глаза.
— Это самая красивая женщина, которую вы когда-нибудь видели на своем веку, Кошен. Повторяю, она не знает, что я ее брат.
Она так красива, что меня охватывает гордость от сознания, что я ее брат. Она не создана для жизни среди гангстеров. У нее есть, что называется, «класс», она способна растопить сердце даже бронзового истукана. И она очень высоко ценит вас.
Она помнит, как вы разделались с бандой Джеральда, хотя это задело интересы Джека. Так вот, Жоржетта ищет настоящего мужчину, честного, ловкого, и у нее есть одно предложение, которое даже вам будет приятно услышать.
Я завязываю перед зеркалом новый галстук и думаю о Жоржетте и ее брате Тони Скала.
Меня очень интересуют эти люди, и если вы сами немного призадумаетесь, вы увидите, что их предложение может мне здорово помочь.
Мне все-таки кажется, что Тони Скала не хитрит, потому что уж слишком откровенно со мной разговаривал. Он наговорил достаточно, чтобы я мог уже сейчас забрать и Джека Истри, и его самого, и любого другого парня из их банды; практически Тони Скала дал мне совершенно откровенные признания в том, что они организовали похищение этих двух химиков.
Но это мне ничего не даст. Это не поможет мне узнать, где находится Грирсон, и ничего не скажет о той формуле, из-за которой все буквально сходят с ума.
