Было большой ошибкой считать, что догнать беглецов будет легко. Что он настигнет их еще на территории владений Иланди. Правда, первые сэты Диму даже повезло, он сумел выйти на след. В самом первом селении он узнал, что не так давно двоих путников забрала дорожная повозка. Что еще могли растерянная испуганная девчонка и обычный смертный? Сесть в первый экипаж, надеясь уйти от погони. Их можно снять еще в дороге.
Все надежды Димостэниса рухнули, когда он понял, что вместо обычного короткого маршрута из пункта отбытия в пункт прибытия, повозка свернула и проехала мимо транспортного-пересадочного узла, по которому в день проезжали десятки экипажей и путешествовали сотни пассажиров.
Пришлось поднимать на ноги гвардию Дома и стражей границ, прочесывать местность: селенья, дома, угодья. Однако это не дало никаких результатов. Сэты, которые были потрачены на выяснение отношений, дали беглецам хорошую фору, которой они грамотно воспользовались и сумели выскользнуть за очерченный круг. Бегство не было спонтанным выплеском эмоций на нежеланную помолвку, к нему тщательно и продуманно готовились.
Глава рода не проронил ни слова в сторону младшего сына. Лишь, когда все вновь собрались в гостевой, произнес куда-то в воздух, что он берет это дело в свои руки. Дим в долгу не остался: покидая дом, не глядя на отца, бросил, что ему надо два минора, и он вернет Элени. Не дожидаясь ответа, вышел в ночь.
Димостэнис был уверен, что это время Лауренте Иланди ему даст. Вряд ли он хотел громкой огласки и несмываемого позора на репутации Дома.
— Я пошел, — Норий не спеша поднялся, зевнул. — Если надумаешь, приходи.
Дим так же лениво кивнул.
— А что и вправду ферма принадлежит неодаренной, которая была в союзе с шактом?
Парень пожал плечами.
— Болтают.
Очередная деревня, в которой он остановился, была небольшим, забытым всеми Богами, поселением. С одной стороны, горный хребет сразу за которым начинались поселения Мюрджена, с другой — глухая стена леса, безжизненные скалы, река, впадающая в Скалистое море. Маленький уголок империи, закрытый со всех сторон. Видимо, именно это натолкнуло местных жителей на мысль, что здесь можно не боясь проворачивать свои противоправные делишки.
С приходом незаконной торговли в деревне началась другая жизнь. Разрослись старенькие таверны, построились новые, наладился быт. Сюда постоянно приходили и уходили обозы с разными товарами, сменяли друг друга сотни людей. Все это успешно прикрывалось лесодобывающей деятельностью и по документам торговцы вывозили строго дерево и опилки. Его бывший первый помощник неплохо контролировал эти земли. Интересно, сколько он получал за свое покровительство отступникам или он вредил лишь по идейным соображениям? Кто он — Ориф? Мучавшая мысль постоянно плескалась на краю сознания. Особенно после того, как тот помог ему на границе Астрэйелля и княжества. Как он узнал? Как смог успеть?
Каждый раз, подавляя бешенство, Дим напоминал себе, что все это осталось в прошлом.
Примечательным было то, что лес селяне не трогали. Нехорошая шла слава. Жители деревни считали, что там обитают темные силы и боялись к нему даже приближаться.
Этих сказок Димостэнис наслушался вдоволь и те так ему надоели, что он решил отложить посещение фермы на вечер, и наконец посмотреть, что за нечисть обитает среди этих мрачных зарослей. Лес, на самом деле, был густой, хвойный, дремучий, и лучи Таллы почти не проникали в него даже днем. Он весь исцарапался, порвал одежду, чуть не выколол глаз. Однако зашел достаточно далеко, чтобы все же удовлетворить свой интерес, и уже собирался возвращаться, когда наткнулся на четырех крупных волков. Не нечисть, но тоже неприятно, а если учесть, что все его оружие — два обычных ножа, то неприятная ситуация переходила в опасную.
Двое прыгнули почти одновременно, но за мгновение, как они впились в него зубами, Дим успел выставить ножи, и зверюги упали к его ногам скуля и суча лапами. Правда один все же зацепил, царапнул по плечу, прорвав одежду и оставив след на коже.
Пора было уносить ноги. Волки с угрожающим рыком начали наступать, манящий запах свежей крови затмевал им все другие инстинкты. Рядом зашевелились кусты. Дим бросил быстрый взгляд, увидел еще одну серую тень. Его окружали.
Он наклонился и выхватил ножи из валявшихся тел. С грозным рычанием бросился первым на одного из волков. Перерезав глотку и резко отступил, дал тварям понять происходящее. Однако смерть одного из своих не остудила хищников. Кровь уже пропитала рукав рубахи и стекала по пальцам. Дим сжал зубы, проклиная свою любознательность, инстинктивно сделав то, к чему так привык за последние ары своей жизни. Что так часто выручало его — потянулся к хьярту.
Непроизвольно сжался, чувствуя болезненное покалывание. Так бывало всегда, когда хьярт был пуст и давно не пропускал сквозь себя силу стихий. Дим замер. Он вновь ощущал свой хьярт!
