Сосредоточиться на чтении не удавалось. Осилив едва полстраницы, Эрик вновь отложил не впечатляющий объёмами том.
От отпущенного смолу срока прошло всего минуты две.
Вскочив, князь опять заходил от стены к стене. Подобные приступы дурного настроения случались у него нечасто, и обычно, чувствуя их приближение, князь принимал меры для исправления ситуации. Но в этот раз настроение испортилось настолько стремительно, что ничего сделать он не успел.
Путешествие не пошло на пользу и так не самому лучшему в мире характеру князя.
Мечась по комнате, Эрик думал, чем бы себя занять до приезда водителя… и тут его взгляд упал на замаскированный под картину в вычурной раме экран телевизора. Вообще-то, телевидение князь не любил. В последние десятилетия скоты явно отупели до полностью скотского — как, впрочем, и следует из названия — состояния, если судить по тому, что они смотрят.
Наткнувшись как-то на одно из популярных ток-шоу, князь приказал вышвырнуть из своего поместья все телевизоры. Пусть люди стремятся походить на тупых и грязных животных, которыми, по сути, и являются, но членам своего ковена он этого не позволит.
А ведь всё так хорошо начиналось! И во что превратилось?.. Людям нельзя ничего доверять — тогда он в который раз в этом убедился. Но сегодня у него было настолько мерзкое настроение, что пражский владыка решил изменить своим принципам и включить вызывающий отвращение прибор.
Он огляделся в поисках пульта дистанционного управления — тот оказался на журнальном столике. Количество маленьких кнопочек на тонкой пластмассовой пластинке вызвало у Эрика ухмылку. Продолжая кривить губы, он включил первый попавшийся канал.
И тут же заскрипел зубами. Увиденное им точь-в-точь повторяло то, из-за чего он так ненавидел телевидение. Кривляющиеся скотские рожи, похоже, расплодились повсеместно. И стали — если это, конечно, вообще возможно — ещё отталкивающей. Уже пожалев, что заметил этот источник мерзости, князь без всякой надежды проглядел мельком несколько программ… пока одна из них не привлекла его внимания.
Показывали карнавал — или что-то вроде этого. Во всяком случае, громкая музыка и вызывающе одетые девицы присутствовали. Ведущие, ослепительно улыбающийся мужчина во фраке и облачённая во что-то воздушное и не мешающее наслаждаться её прелестями девушка со столь же широкой улыбкой на лице, что-то говорили о феерическом шоу, проходящем в Сиднее.
Князь заинтересовано прислушался. Кажется, он нашёл то, что ему сейчас необходимо — осталось узнать, где же проходит данное мероприятие.
Словно в ответ на его незаданный вопрос ведущая произнесла:
— Да, сегодня здесь, совсем недалеко от знаменитого на весь мир Оперного Театра, и правда невероятно весело… — девушка продолжала говорить что-то ещё, но Эрик уже не слушал. Режиссёр трансляции направил камеру чуть в сторону, и князь действительно увидел похожие на паруса купола Сиднейской Оперы.
Прекрасно. Теперь у него был ориентир — мимо главной достопримечательности крупнейшего города Австралии не проедешь. А уж где там веселье, Эрик разберётся.
Прервав поток мыслей князя, зазвонил телефон. Размашисто шагая, князь подошёл к подавшему голос аппарату и схватил трубку:
— Да! — ответ пражского владыки прозвучал весьма злобно.
Из динамика послышался голос давешнего смола. Выслушав, Эрик оборвал вызов, не потрудившись сказать что-то ещё.
Автомобиль подан.
Собираться пражскому князю нужды не было. Выключив телевизор, он вышел из шикарной квартиры, не забыв закрыть дверь и подвесить на неё сторожевое заклятье — Эрик не любил, когда кто-то копался в его вещах.
Ждать лифта долго не пришлось. Войдя в со вкусом отделанную кабину, князь нажал на кнопку нижнего этажа. Пока она несла его к земле, Эрик размышлял о том, как удачно сложились обстоятельства. Ведь этого карнавала могло сегодня и не быть. Чем бы он занялся тогда, князь не представлял.
Тем временем лифт остановился, и двери раскрылись, выпуская пражского владыку наружу. Миновав выдержанный в деловом стиле холл, Эрик оказался на улице.
Эта ночь была куда более тёплой, чем вчерашняя. Ласковый ветерок взъерошил пепельные волосы князя. Оглядевшись, он увидел призывно махающего ему рукой Отто — в отсутствии Курта водителем князя работал этот темноволосый здоровяк. Эрик направился к нему.
Приблизившись к стоящему рядом с тёмным «Мерседесом» смолу, князь прошипел:
— А ещё дальше ты остановиться не мог?
Отто побелел. Потом начал что-то мямлить, переминаясь с ноги на ногу.
— Ты, позволь поинтересоваться, полный идиот? — Эрик уже еле сдерживался. — Чего стоишь?! Дверь открой!
Смол тут же выполнил приказ, придержав дверцу машины, пока князь устраивался на заднем сидении. Как только он оказался в машине, Отто оббежал «Мерседес» и занял место водителя. Включил зажигание. И замялся — указаний, куда ехать, не поступало.
— И кого мы ждём? Сидеть на одном месте я мог бы и не выходя на улицу, — каждое слово Эрика сочилось сарказмом.
— Но, князь…
— Что «но»?! Поехали!
