Сколько пет человечеству? О каком существе можно сказать, что именно оно впервые переступило порог, отделивший человека от животного мира? Эти вопросы издавна интересуют ученых. Открытия, сделанные в последние десятилетия, показывают, что процесс становления человека был еще более долог и сложен, чем это считалось ранее. Об этих открытиях и повествуется в книге известного советского археолога доктора исторических наук В. Е. Ларичева. Она состоит из рассказов о ярких событиях в истории поисков древнейшего предка человека — звена, соединяющего человека и его животных предков в непрерывную эволюционную цепь.Живое повествование вызовет интерес у самых широких кругов читателей.
Эта книга содержит несколько невыдуманных рассказов о поисках, которые ведут археологи, пытливые «охотники за минувшим», об открытиях, имеющих огромное значение для науки о происхождении человека. Истории, с которыми предстоит познакомиться читателю, повествуют о том, как ученые раскрывают тайны, еще недавно казавшиеся людям недоступными, как все больше и больше обнажается несостоятельность религиозных концепций о происхождении человека, наивной веры в его божественное творение. Научный поиск труден и тернист, но тем значительнее успехи исследователей, проникающих в самые глубокие тайники мироздания, утверждающих научную материалистическую картину мира.
Похоже, что до него, Джона Фрера, не только в родном Саффолке, но и во всей доброй старой Англии никому не довелось набрести на такой курьез природы, неожиданно обнаруженный им на берегу реки. Во всяком случае до нынешнего, 1797 года ему не приходилось ни слышать, ни читать о чем-либо подобном. Представьте — высоко над водой возвышается крутой глинистый обрыв, а внизу почти у самого его подножия на глубине не менее четырех метров от поверхности обрыва залегает темный пласт земли, ощетинившийся костями гигантских животных, может быть, носорогов и бизонов, а может, даже и слонов. Костяные обломки густо усеивают и осыпь ниже обрыва.
Каким образом кости завалила четырехметровая толща глины? Ее, казалось, ничто не тревожило с того самого мгновения, когда был создан мир. Как смогли забрести в островную Англию слоны и бизоны? И, наконец, еще одна неожиданность: почему крупный камень, торчащий среди костей, выглядит так, будто его усердно обработали стальным долотом с желобчатым лезвием? Фрер нагнулся и не без труда вытащил из плотно слежавшейся глины кусок кремня. Как появились на его поверхности следующие рядком один за другим сколы — углубления вроде фасеток? Природа при всем ее могуществе и изощренности вряд ли могла создать подобное творение. Фрер повертел в руках обколотый с двух сторон топоровидный камень. Ему придана форма крупной миндалины, и, судя по всему, камень целенаправленно и обдуманно обработали, а потому находка представляет собой изделие, своеобразный инструмент, материалом для которого послужила хорошо раскалывающаяся кремневая порода! До чего же удобно упирается в ладонь мягко закругленный и массивный конец «топора»! При таком положении орудия противоположная заостренная часть его и зигзагообразные, как у пилы, боковые стороны могли служить рабочими краями при рубке или резании…
Джон Фрер задумчиво смотрел на россыпи гигантских костей, вывалившихся из земли. Уже не менее двух с половиной тысяч лет предпринимаются попытки объяснить, чьи они. Древние греки, по обыкновению, справлялись с этой задачей в своей мифологии: крупные кости принадлежали или гигантам, которые осмелились вступить в борьбу с богами Олимпа и были низвергнуты на землю, или героям вроде Ореста или Аякса. Еще во II веке нашей эры знаменитому географу Павсанию показывали в Аркадии могилу Ореста, скелет которого, по преданию, достигал 7 локтей в длину.
Остались свидетельства и от времен Древнего Рима. Император Адриан возвел в окрестностях Трои мавзолей как раз на том месте, где вода вымыла скелет длиной в 11 локтей. Его приняли за останки Аякса. Когда императору Тиберию прислали в дар гигантский ископаемый зуб, он приказал геометру Пульхеру восстановить, каким же должно быть лицо у существа с таким зубом. Согласно рассказу Светония, император Август создал при своем дворце на острове Капри нечто вроде первого в Европе палеонтологического музея, — в нем были выставлены на обозрение кости необыкновенной величины.
Да что там греки и римляне, если каких-нибудь 300–400 лет назад не считалось вопиющей необразованностью объявить останки гигантских животных частями скелета, например, легендарного Роланда. Их с благоговением укрепляли над порталами соборов!
