Поиски утешения полностью

Вечерело. Девушка шла вдоль шоссе, по обе стороны от которого раскинулся пустынный ландшафт. В свете закатного солнца песок отдавал уже не жёлтым, а красновато-оранжевым оттенком. Рыжие волосы девушки на фоне небесного оранжевого диска, который стремительно исчезал за горизонтом, уже выглядели неотъемлемой частью пейзажа.

Она продолжала идти, хотя до конца так и не знала, куда именно идёт. Зато прекрасно осознавала откуда: из прошлого в будущее. Её прежней жизни больше не существовало, и не осталось ни одного места, в которое она могла бы пойти. Для девушки просто не осталось места в этом мире после того, как вся её жизнь в одночасье рухнула.

Дорогу пересекло одинокое перекати-поле. Совсем скоро тьма накроет весь окружающий путницу мир, и оставит её совершенно одну на десятки километров в непроглядной темноте. Ей нужно искать место для ночлега, но где же его найти посреди пустыни?

Или всё не так уж плохо? Вдалеке замаячил огонёк надежды – впереди был свет.

Девушка, будучи уже очень уставшей, с трудом ускорила шаг и вскоре увидела, что свет излучали окна небольшого двухэтажного домика, расположенного на небольшой возвышенности неподалёку от дороги.

Подойдя к дому, она не услышала ни единого звука, который мог бы раздаваться изнутри. Окна были зашторены, поэтому разглядеть происходящее внутри не представлялось возможным. Заблудшей душе было жутко, так как неизвестность, окутывающая этот дом, вселяла в неё именно это чувство – страх. Но выбор стоял между тем, чтобы остаться одной во тьме или же рискнуть и постучать в дверь.

Раздался стук. Подойдя к двери и открыв её, хозяин обнаружил перед собой молодую рыжеволосую девушку лет шестнадцати-семнадцати одетую в синие джинсы и синюю же джинсовую жилетку, надетую поверх чёрной футболки, некогда украшенной каким-то рисунком или надписью, но время взяло своё, и сейчас оставалось лишь гадать, что же там было изображено; за спиной у гостьи был небольшой рюкзачок, а ступни обрамляли порядком изношенные чёрные кеды.

Девушке открыл дверь мужчина в возрасте, индеец, волосы которого были заплетены в две косички. Не то его взгляд выражал недовольство припозднившейся гостьей, не то жизнь просто наложила на его лицо отпечаток всех испытаний, когда-либо выпадавших на его долю.

– Здравствуйте, – робко произнесла путница, смотря на человека, превосходившего её ростом, наверное, на голову, – Прошу прощения за то, что беспокою Вас в столь поздний час, но мне очень нужна Ваша помощь: мне нужен ночлег, – она боялась этого человека, но вариантов не было, кроме как поверить в то, что он не причинит ей вреда, – Прошу Вас, я не доставлю Вам много неудобств. Если нет кровати, я могу расположиться и на полу. Мне просто нужен кров. Всего на одну ночь…

Мужчина освободил проход, в котором он прежде стоял, и кивнул в сторону внутреннего убранства дома, не выдав на лице ни единой новой эмоции, словно он вечно ходил в этой маске, которой его наградила жизнь. Девушка решила, что это приглашение войти, и неловко то ли кивнув, то ли чуть поклонившись, неуклюже впорхнула в дом.

Она оказалась в небольшой комнате, в которой располагался старенький журнальный столик со стоящим рядом с ним креслом; довольно старый телевизор, расположенный напротив кресла; деревянный пол был покрыт затёртым ковром, а стены – украшены какими-то фотографиями индейцев и странными украшениями.

– Пошли, – вдруг сказал индеец. В голосе хоть и звучала "сталь", но никакой враждебности в нём не было.

Для сосредоточенной на осмотре комнаты девушки обращение к ней стало неожиданностью, от чего она резко обернулась и застыла, следя взглядом за хозяином дома. Мужчина прошёл в коридор, проход в который до сих пор скрывался от взора гостьи.

– Не отставай! – послышалась "сталь" из коридора.

Девушка очнулась и поспешила за своим спасителем. Коридор оказался довольно тёмным, но не длинным, и гостья вскоре оказалась на кухне.

Кухня, кажется, как и всё в этом доме, была очень дряхлой и маленькой. Это небольшое помещение смогло вместить в себя холодильник, небольшой стол, раковину, металлическую печь, служившую плитой, а стены были увешаны различными шкафчиками.

– Садись, – произнёс хозяин.

Девушка послушно села на одну из двух табуреток, стоящих у стола. Индеец взял две тарелки, наложил в них что-то из кастрюли, стоявшей на печи. Затем поставил тарелку и откуда-то взявшийся в его руках стакан с водой перед девушкой, и наконец сел за стол сам. Столовые приборы уже лежали на столе, словно он ожидал гостя.

– Ешь, – сказал индеец и начал трапезу.

Девушка, взяв в руку ложку, наконец обратила внимание на содержимое тарелки – это была каша. После первой ложки стало понятно, что она кукурузная.

– Имя? – прозвучала всё та же "сталь".

– Алексис, – ответила девушка, оторвавшись от еды, – А можно узнать Ваше?

– Ииска.

Закончив приём пищи, немногословный хозяин, встал из-за стола и положил свою тарелку в раковину.

– Когда закончишь есть, жди меня в гостиной, – произнёс Ииска и скрылся в темноте коридора.