Бассет занимал комнату, которую сейчас занимаю я. Обе мансарды пустовали. Тот, кто похитил деньги, был, естественно, Бассет. Нет-нет, не перебивай! Он держал ящик у себя день или два, но когда пропажа обнаружилась, он испугался. Он завернул его в кусок бумаги, - не знаю, почему, но, как ты сам увидишь, - у него были на это причины; затем завернул в старый шейный платок, красный шейный платок-бандану с выцветшим узором, который он взял, как я полагаю, в чьей-то комнате. Затем он раздобыл ключ от пустующей мансарды - той, в которой жил ты, - и однажды поздно ночью, прокравшись по лестнице, пробрался в твою спальню, сдвинул кусок обшивки и положил туда ящик с деньгами; однако он не догадался осмотреть это место, прежде чем класть ящик. Здесь в стене есть дыра, которая соединяет это помещение с гостиной; половые доски не достают стены, и все, что туда ни положить, провалится между панелями в гостиную. Так вот, когда он положил туда ящик, тот упал и произвел громкий звук внизу.
Он страшно испугался, думая, что разбудил спящего в нижней комнате; но, как я предполагаю, этот стук его не разбудил.
Он был в ужасном состоянии. Я
Наутро он решил, что
Джим на мгновение прервался, Гарри с нетерпением смотрел на него.
- Ну да, - сказал он, - более или менее все сходится, но что там было на самом деле, нам остается только гадать. У тебя есть какие-нибудь доказательства, или ты просто решил поиграть в детектива?
- Хочешь все увидеть сам? - спросил Джим, поднимаясь. - Тогда идем.
Гарри последовал за ним; Джим вышел на лестничную площадку и распахнул дверь напротив. Затем взглянул на Гарри.
- Ты абсолютно уверен, что хочешь это видеть? - произнес он. - Для тебя это будет весьма неожиданным.
- Уверен ли я? - отозвался Гарри. - Давай все же доведем дело до конца!
~ 5 ~
Джим открыл дверь, ведущую в комнату напротив, они вошли; после этого Джим осторожно притворил ее. Они оказались в просторной комнате, лишенной всякой мебели. Стену напротив скрывали панели, часть которых была удалена. Джим указал на предмет, лежавший на полу вплотную к стене. Гарри подошел и склонился над ним. Это был небольшой сверток, обернутый выцветшей красной материей, покрытый пылью. Из-за тех панелей, что все еще оставались на стене, выглядывал тонкий металлический стержень со следами бронзового покрытия; на том конце, который упирался в пол, был привязан большой двойной крючок для подвешивания мяса, привязанный к шесту куском белой веревки от гардин.
- Я все оставил как есть, - сказал Джим, - и ни к чему не прикасался. Ну что ж, давай посмотрим, что там внутри.
Он взял сверток, положил его на подоконник и, развязав грубый узел, расправил. Внутри оказался предмет, обернутый в белую бумагу и перевязанный красной лентой. Он развязал ленту. Открылась надпись и старый ящичек для денег, покрытый черным лаком.
- Погоди минуту, - сказал Джим. - Давай-ка посмотрим.
Надпись, по внимательном исследовании, оказалась фрагментом латинского гекзаметра, в стиле Виргилия. Вверху имелось имя: Седли.
- В самом деле, мне встречалось это имя, - сказал Джим. - Погоди, что там на носовом платке?
Он перевернул его и увидел буквы: Г.П. Седли.
- Ну вот! - сказал Джим. - Это последнее звено, или почти последнее! Как видишь, он взял у Седли и бумагу, и носовой платок. Он знал, что возникнут подозрения, и эти подозрения возникнут относительно него!
Затем Джим принялся за ящичек. Он был довольно тяжел, и когда Джим потряс его, внутри что-то зазвенело.
- Ну да, - сказал Джим, - как я и предполагал, он не взял деньги. Давай вскроем его и посмотрим!
Он аккуратно сложил бумагу и платок; они были мятые, запачканные, местами порванные. Затем взглянул на Гарри, застывшего в каком-то странном оцепенении.
- Боже мой! - произнес Гарри. - Видения начинают возвращаться ко мне - по крупицам, но все яснее и яснее! То,
Они вернулись в комнату Джима, который, после минутной возни с замком, открыл его и вывалил содержимое на стол - несколько золотых монет, гиней и соверенов, немного серебра и меди.
