Её мама работает так много, что за годы учёбы у Светы Ермолаевой накопилась толстая пачка записок в школу. Во всех говорится примерно одно и то же: Света может сама приходить и уходить с уроков и вообще делать всё, что хочет. Как Пеппи Длинныйчулок, которая в девять лет жила одна на вилле, потому что её папа работал капитаном дальнего плавания. Вот только у Светы, в отличие от Пеппи, нет чемодана, набитого золотыми монетами.Первого сентября Света Ермолаева планирует начать новую жизнь. А начнётся новая жизнь со школьного дневника. Его, в отличие от прошлого, Света станет вести тщательно. В нём не будет замечаний по поведению каждую неделю. Все домашние задания будут записаны красивым почерком. А ещё Света научится шить, вязать, плести из бисера и сочинит фантастический роман-бестселлер.Ха-ха! Всё пошло немножечко не по плану. Немножечко наперекосяк.А разбираться Свете опять придётся самой.Решать, смотреть ли фильм «16+». На какой урок сходить, а какой прогулять. Подраться или не стоит.Но Света справляется. Она сильная – недаром в школе её зовут Бегемотиной. И правда, нужно сил, как у бегемота, чтобы победить здоровенного одноклассника и поднять тяжеленный груз на физкультуре – а Света может и то и другое. Но ещё силы нужны, чтобы заступиться за слабого и помочь тому, кто нуждается в помощи. Даже если после этого появится очередное замечание в дневнике!Сборник невероятно смешных историй «Пока мама на работе» – лауреат национальной литературной премии «Рукопись года».В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Мама Светы Ермолаевой очень много работала.
Тому было две причины. Во-первых, медсёстры – очень занятые люди на очень важном и ответственном посту. Во-вторых, жизнь и особенно сборы в школу стоят очень много денег, и взять их, кроме как заработать на работе, неоткуда.
Мама работала так много, что за два минувших года учёбы у Светы скопилась толстая пачка записок от неё в школу. Во всех говорилось примерно одно и то же: Света может сама приходить, уходить и делать всё, что хочет. Как Пеппи Длинныйчулок, которая в девять лет жила одна на вилле, потому что её папа работал капитаном дальнего плавания. Вот только у Светы, в отличие от Пеппи, не было чемодана, набитого золотыми монетами.
В последнюю неделю августа мама забрала Свету с дачи – от любимого дедушки и от единственной подруги Алины. На даче они с Алиной жили рядом, а в городе – очень далеко друг от друга, учились в разных школах и лишь иногда переписывались в мессенджерах.
Свете предстоял третий «А» класс. По опыту первых двух «А» классов она уже знала, что подготовка к школе – это непросто и расстраивает маму.
– Я столько не зарабатываю, – жаловалась мама всю неделю.
И негодовала:
– С каждым годом всё хуже и хуже!
И вздыхала, выкручивая руль старой дедушкиной «Нивы» на парковке очередного магазина.
Мама всегда волновалась из-за денег. Это волнение передалось и Свете – она тоже волновалась из-за денег, даже тогда, когда ещё не умела считать. Часто говорила, что та или иная вещь слишком дорогая, чувствуя себя при этом гораздо взрослей.
Вот и в этом году перед школой Света глубоко и по-взрослому прочувствовала свою ответственность за разорение семьи. Она росла слишком быстро и во все стороны сразу, недаром в школе её прозвали Бегемотиной.
– Мы же только что это купили! – сетовала мама, когда выяснялось, что всё купленное в прошлом году, мало или пришло в полную негодность.
Чтобы маме поменьше работать, Света хотела бы вложить в подготовку к школе собственные деньги. Но подаренная ей свинья-копилка оказалась очень красивой – совсем как настоящая свинья. Копилки положено разбивать. Но мысль о том, чтобы разбить её, внушала отвращение. Поэтому свинья стояла на полке в кухне, а Света не накопила ни рубля.
Сэкономить им с мамой удалось только на двух вещах.
Первая – это жилетка в шотландскую клетку на пуговицах. Такую жилетку ежегодно шила для Светы дедушкина старшая сестра баба Лера, но за год жилетка становилась мала. Тогда баба Лера шила новую, а жилетка прошлого года переходила по наследству к Пикассо – бабушкиному английскому бульдогу, который старел, толстел и тоже вырастал из жилеток.
Вторая экономия – это букет для классной руководительницы. Дедушка вырастил для неё астры на грядке. Чтоб они не завяли раньше времени, маминому старшему брату дяде Стасу предстояло тридцать первого августа отправиться за ними на дачу.
– Я куплю букет в ларьке, – попытался съехать с темы дядя.
Он работал на заводе начальником по электрическим приводам для большегрузных карьерных самосвалов, что бы это ни значило, и зарабатывал гораздо больше мамы. Правда, на нём была помощь дедушке и бабе Лере, а Свете мама всё старалась покупать сама.
– Очень дорого, – возразила мама. – Нам ещё за канцелярщиной и колготками идти. И потом, тебе надо отвезти папе бензин для генератора, банки под огурцы и батарейки. И коробку с новыми детективами. И забрать коробку со старыми.
Все прочитанные дедушкой детективы в потрёпанных бумажных обложках уже не помещались в шкафы у Светы дома и складывались на полу в неустойчивые, пыльные стопки-небоскрёбы. Света во многих из них прочитала первую главу. В первой главе детектива всегда про исходит убийство – это интересно. Дальше идёт расследование – это неинтересно. Света никогда не читала детективы дальше первой главы.
В общем, дядя поехал на дачу, а мама со Светой отправились за колготками и канцелярщиной. Такая у них была традиция – всё закупать вместе, потому что из-за своей работы мама использовала каждый шанс, чтобы провести время со Светой.
С колготками разговор получился короткий. Света с мамой завернули в специальный магазин, к ним подошла девушка-консультант и сказала:
– У нас сейчас проходит акция «Чёртова дюжина». Покупаете тринадцать пар колготок за девять тысяч девятьсот девяносто девять рублей и получаете ещё две пары в подарок. Очень выгодно.
Мама молча развернулась и покинула магазин, крепко держа Свету за руку.
– А колготки? – спросила Света, с трудом поспевая.
– Походим в штанах, – ответила мама.
Тринадцать пар колготок стоили дороже сотни киндеров, так-то.
Разноцветных, расписных, усыпанных блёстками пирожных «макарон» из холодильника посреди сверкающего торгового зала Свете тоже выпросить не удалось.
– Макарон я тебе дома сварю, – обещала мама, но Света подозревала, что речь совсем не о пирожных.
Оставалась канцелярщина – по списку, который в родительский чат предусмотрительно скинула Светина классная руководительница.
