– Мне страшно спросить, чем ты уткнулась мне в лицо, – выдохнул Карл, когда понял, что остался жив, да и спутница подавала признаки жизни.
– Оставьте свои предположения при себе, – неуклюже поднимаясь, сказала Клава. – Это всего лишь мой живот, – и, подняв свой фонарик, вдруг заплакала.
– Ты ударилась? – Карл тоже поднял фонарь и посветил на неё.
– Нет, – хлюпая носом, ответила она и стала отряхивать очередное платье, на сегодня оно было грязно-зеленого цвета, – я платье порвала, – шмыгая носом, сказала Клава.
– Нашла из-за чего переживать, – как-то резко перейдя на ты, хихикнул Карл. – Вашу одежду уже давно надо кому-нибудь отдать.
– Кому? – Клаве стало обидно за свои такие удобные платья, правда, сегодняшнее было окончательно испорчено, вместо двух удобных разрезов по бокам у него теперь было два разреза почти до пояса. – Бедным голодающим женщинам Африки их послать?
– Ну, если им подойдет ваш размер, то не такие уж они и голодающие, – веселился Карл, тем временем осматривая помещение, куда им пришлось скатиться.
– А почему вы перешли со мной на ты? Я, по-моему, с вами на брудершафт не пила, – решила подерзить Клава в отместку за его шутки.
– Ну, ты, по-моему, вообще не пьешь, но ты сделала больше – ты объяснилась мне в любви, – веселился Карл.
– Как вам не стыдно вспоминать, я тогда думала, что умираю, я бы даже Саньку в тот момент это сказала, – как могла, оправдывалась Клава.
– Ну, не знаю, не знаю, кстати, а почему вы не пьете? – поинтересовался Карл. – Аллергия?
– Да, с детства видела, как это плохо, вот аллергия и выработалась, на эту тему я рассуждать больше не хочу, – было видно, что именно этим вопросом он задел Клаву за живое.
– Это ваши страхи, – уже без иронии заговорил Карл. – Постоянно с ними жить нельзя. Не хотите пить – не пейте, но и бояться этого так сильно тоже не стоит, иначе этот страх вас накроет и сожрет. Лучший способ стряхнуть страх – это перестать к этому относиться как к абсолютному злу, дай ему шанс на существование, миллионы людей раз в месяц, по пятницам или просто на новый год выпивают, не становясь алкоголиками. Тебе не обязательно пить, но люто ненавидеть тоже не надо.
– Легко сказать, – вздохнула Клава.
– А ты знаешь, Клава, ты умница, кстати, на ты я перешел после того, как твоя пятая точка побывала у меня на лице, и не надо меня убеждать, что это был живот, мне тридцать, и я знаю, как эти места отличить, так вот, я хотел сказать, что ты нашла склеп. Вот смотри, это, видимо, прадед его Кирхнер, после уже начинается фамилия Козарь, видимо, дед Кирхнер не родил пацана, а девка уже продолжила род под фамилией Козарь.
– Так, ищем Марфу, – подключилась Клава и с фонариком наперевес стала ходить от плиты к плите.
Трудно было понять размер помещения, фонарики были карманные и не охватывали всей площади семейного склепа. Квадратный же люк в потолке почти не пропускал свет, так как над ним стояла машина.
– Как у вас? – крикнул Карл.
– Пока ничего, – ответила Клава. – А у вас?
– Ни одной Марфы, даже самой плохонькой, полнейшее невезение, – пытался шутить Карл.
Когда, обойдя подземный склеп, они встретились вновь возле лестницы, на лицах было уже такое знакомое выражение – разочарование.
– Неужели опять тупик? – задумчиво сказала Клава. – Дайте я еще раз взгляну на листок.
– Что еще можно там увидеть? – в отличие от Клавы Карл уже полностью поверил в провал.
– Вот, смотрите, крестик, над которым написано «Марфа», третий, давайте представим, что это стена, отсчитаем три плиты, – говоря все это, Клава подбежала к стене и начала считать.
– Ну и что там? – спросил Карл, который уселся на ступеньки и уже не верил в удачу.
– Ничего, – разочарованно сказала Клава.
– Что и требовалось доказать, хорошо хоть будить никого не стали, выглядели бы как идиоты.
– Нашла, нашла, – закричала что есть мочи Клава, – я нашла.
Карл вскочил и подбежал к ней.
– Вот, смотрите, я эту плиту не сразу заметила, она находится ниже, чем все остальные, и по размерам тоже в два раза меньше.
– Написано «Марфа», просто Марфа, ни фамилии, ни годов жизни, – прочитал Карл.
– Может быть, это ребенок, который и пожить-то не успел, – грустно сказала Клава.
– Открывайте, – скомандовал Карл.
– Что? Вы с ума сошли? Неет, я не буду это открывать.
– Ну, тогда пошли за нашими, – вздохнул Карл.
– Вы с ума сошли, если там ничего не будет, они точно решат, что мы украли, а так если там будет пусто, просто промолчим про нашу находку. Так что не выдумывайте, открывайте.
– Значит, вы не хотите, а я должен, – возмутился Карл.
– Я девочка, – выдвинула она в свою очередь аргумент.
– Это сущие мелочи, в современном мире это не имеет абсолютно никакого значения.
– Да, – наигранно вздохнула Клава и пошла на маленькую женскую хитрость: – А Саня бы открыл.
– Конечно, открыл бы, сбегаем за ним?
– Прекратите дурачиться, давайте уже просто отодвиньте плиту с места, и мы посмотрим, что там, давайте сначала на чуть-чуть.
– А вы чего тут? – прозвучало прям у них над головами, и они оба вскрикнули.
