— Что ты за человек, Хилл, — возмутился он, вскинув руками.
Мой коллега уже собирался уходить, как по моей голове внезапно ударило воспоминание.
— Постой. — Фостер обернулся. — Ты говорил, что у тебя есть знакомый офицер, который служит в Измире?
— Ну да, я говорил.
— Фостер, не мог бы ты меня соединить с ним? Сообщи ему, что я хочу поговорить с ним об одном деле и передай ему мои контакты.
— Хорошо, без проблем. Завтра позвоню ему.
— Сейчас, Фостер. Мне нужно сейчас, — с серьезным лицом дал я ему знать.
Он заметил мое нетерпение и кивнув, отправился выполнять мою просьбу.
Пока я ждал, занял себя другими делами, чтобы время протекало не так медленно из-за нетерпеливых ожиданий. Разбирал папки с делами и после каждой брошенной папки в коробку для архива повторял в голове мысль: «Какой же ерундой я занимаюсь». Но тем не менее это лучше, чем нервно трясти ногой под столом и грызть ногти, ожидая долгожданного звонка.
Этот офицер — моя единственная надежда узнать, что случилось на самом деле на той трассе и действительна ли информация на сайтах. Если он офицер Измира, значит он первоисточник и знает куда больше, чем я. Фостер сегодня оказался для меня полезным дважды: во-первых, я получил приготовленный кофе, который не успел выпить дома, а во-вторых — его связи оказались очень востребованными.
Через два часа я более расслабился и рассматривал электронные заявления. В углу монитора в этой время появился небольшая табличка, демонстрирующая входящий видеозвонок от неизвестного номера.
Я встрепенулся, прочистил горло и открыл Skype, принимая вызов, уже понимая, от кого он исходит. На экране появился мужчина в офицерском костюме полиции Измира. На вид он выглядел на лет тридцать пять и безупречно владел английским, что я даже не услышал выраженного турецкого акцента, когда мужчина поздоровался со мной.
— Меня зовут Мехмет. Фостер сказал, что ты хочешь поговорить со мной.
— Добрый день, Мехмет. Мое имя Уильям, я детектив Чикагского подразделения. Хотел поговорить с тобой об одном деле. Ситуация произошла пять лет назад.
— Давно конечно, но я постараюсь помочь.
— Я бы хотел узнать о произошедшей автокатастрофе в 2017 году, в которой погибла семья Коллинзов, — прямым текстом изложил я свое желание.
Мой собеседник поменялся в лице. Его глаза забегали по сторонам. Мужчина тяжело вздохнул и его до этого выпрямленные плечи упали, словно на них легла вселенская тяжесть. Не нужно быть гением в сфере предсказаний, и без этого заметно, что мужчина не желает говорить на эту тему.
— Если бы заранее знал, о каком именно деле ты хочешь поговорить со мной, даже бы не звонил и засунул твое имя в черный список.
Эта информация меня шокировала. Даже не подозревал, что дело настолько затянуто под воду и должно оставаться на глубине от лишних глаз. С другой стороны, я ликовал внутри, поскольку мои догадки о странной гибели Коллинзов оправдались.
— Мне очень нужно, — заговорил я, смотря на разочарованного офицера на мониторе компьютера. — Вопрос жизни и смерти. Эта информация останется только со мной.
Мехмет вздохнул и посмотрел на меня. Он будто анализировал меня и убеждал себя в том, что мне можно доверять. Офицер слегка покачал головой, сжав губы в струнку, словно не верил в свое решение.
— Тебе повезло, что погибшие не являлись гражданами Турции, а наоборот, они твои граждане. Иначе бы никакой информации не было.
Я подготовился морально и выпрямился, готовый услышать рассказ из первых уст.
— Ты должен знать, что информация стоит мне места здесь и возможно даже жизни. Все, кто расследовал это дело, сейчас грызутся в муках совести и не важно, что прошло целых пять лет. В том числе и я.
— Ты расследовал это дело? — удивленно спросил я, не веря, что буквально сорвал билет удачи, ведь теперь точно получу не искаженную информацию.
— Да. Я все помню досконально. — Мехмет прочистил горло и стал говорить тише. — Мы приехали на место и увидели машину, влетевшую в дерево. Видел, как скорая вытаскивает из салона мертвых мужчину и женщину, скончавшихся на месте. Сразу было выявлено, что причина автокатастрофы — тормоза. Они были отрезаны.
Мои брови взмыли вверх.
— Но почему везде пишут, что водитель находился в нетрезвом состоянии?
— Это кому-то было нужно — скрыть истинную причину. И этот кто-то вывалил не мало денег, чтобы нас заткнуть. Уже на следующий день расследования нас вызвали в кабинет начальника и там промыли мозги, приказывая закрыть дело. Буквально продиктовали то, что мы должны написать на бумажках и закрыть в архиве. Поскольку погибли не простые люди, естественно причина смерти была оглашена журналистам, и они написали то, что услышали.
Я начал массировать лоб пальцами, пытаясь впитать эту информацию адекватно и спокойно.
