Я накинула на себя теплый халат, который мне вчера любезно предоставила Виви вместе с сорочкой для сна. Подошла к окну и отдернула шторы. Через стекло просочились лучи солнца. Я сощурилась и улыбнулась. Все вокруг мне теперь резко стало казаться прекрасным.
Я осторожно отворила дверь спальни и прислушалась. Тишина. Босыми ногами наступала на холодный паркет, проклиная его за то, что он периодически скрипит. После проживания в огромном, казалось бы, бесформенном особняке, здесь намного меньше места, но в отличие от огромного пространства, где я задыхалась, в этой квартире мне дышится полной грудью.
Я резко остановилась, когда достигла гостиной и увидела спящего Уила на диване. Он спал в своих брюках, но без верхнего одеяния. Я тихо пробралась ближе и осторожно забрала плед со спинки дивана. Только я начала его укрывать, как Уильям вскочил и схватил меня за запястье. Я вздрогнула и еле подавила крик. Громко выдохнула и положила свободную руку на грудь.
Уильям рассмотрел меня сонными глазами, а после начал потирать их пальцами.
— Ты что делаешь? — хрипло спросил он.
— Хотела укрыть тебя.
После своих слов я прикусила нижнюю губу. Я вдруг осознала, что мое действие не поддается объяснению. Я просто хотела это сделать, сработал некий инстинкт — забота о нем.
— Черт, испортил прекрасное.
Я посмотрела на свою руку, которую Уильям продолжает сжимать.
— Может отпустишь мою руку?
Уильям поднял на меня свои глаза. Они…восхитительны. Этот цвет завораживает, и я даже не знаю, с чем его сравнить. С чем я сравнивала их в прошлом?
Он резко потянул меня на себя. Я громко ахнула от неожиданности и сглотнула, когда наши лица оказались в дюйме друг от друга.
— Ты крепко стоишь на ногах. Я надеялся, что ты упадешь на меня.
Я поставила барьер перед его очарованием и вернулась в реальность, выдернув свою руку. Ему явно нравится, когда я злюсь.
— Какое доброе утро сегодня, как хорошо я спал, — зевая проговорил Майкл, входя в гостиную. — Как же мне хорошо. Правда было бы еще лучше, если бы ночь была бурной, а не спокойной.
— Размечтался, — буркнула входящая за ним мрачная Виви, затем она улыбнулась, как только увидела меня. — Доброе утро.
— Доброе утро, — улыбнулась я в ответ.
Что касается Вивьен, я чувствую, что она действительно была моей хорошей подругой в прошлом, которой мне не хватает в данный промежуток жизни.
— Я позвоню начальству и скажу, что мы сегодня возьмем с тобой отгул, — заговорил Уильям, поднимаясь с дивана. — Нужно разобраться во всем. Один маньяк пойман, следует поймать второго.
Не нужно быть провидцем, чтобы понять о ком говорит Уильям.
— Отлично. Нормально позавтракать можно.
— Алиса, поможешь мне? — попросила Виви.
— Да, конечно.
Уильям проводил меня до кухонной зоны недоверчивым взглядом. А когда я вовсе размешивала смесь для омлета, он стоял надо мной как надзиратель и внимательно наблюдал за каждым моим действием, скрестив руки на груди.
— Чего уставился на меня? — не сдержалась я.
— Пытаюсь убедиться в том, не врут ли мои глаза, и ты действительно готовишь. Уже сомневаюсь, ту ли Алису я нашел. Ту, которую я знаю, не умеет готовить.
— Я научилась, — огрызнулась я и Уильям поднял свои руки перед собой в знаке капитуляции.
— Прекрати издеваться над ней. Приготовь лучше всем кофе, будь полезен, — встряла Вивьен и защитила меня от контроля Уила.
Мы заняли небольшой стол на кухне, когда с Виви подготовили его к завтраку. На стол я накрывала в первый раз, поэтому делала это медленно и неуверенно, в то время как Виви чувствовала себя свободно во время этого дела.
Что касается готовки, то я действительно не умела даже яйцо разбить и при этом не потерять содержимое где-то на полу. В особняке мне хотелось хотя бы как-то коротать свое время, которое ни во что не могу определить, поэтому часто вызывалась готовить обеды вместе с поварами. Мне хотелось быть полезной и не чувствовать себя частью роскошного интерьера, какой меня делал Джексон. Он оттачивал из меня предмет великолепия, который можно вписать в стиль особняка.
Я старалась отбросить внезапно пробудившиеся мысли о Джексоне. У меня не получается не думать о нем и не анализировать то, чем он занимался и как ко мне относился. Я лично провоцирую свой мозг вспомнить то, как жила на протяжении пяти лет, что является моей тотальной ошибкой.
Так или иначе мне приходится думать о нем до тех пор, пока Джексон не исчезнет из моей жизни. Пока я не буду уверена, что его существование мне никак не угрожает. Поэтому, когда Уильям предложил разобраться во всем сейчас, я поняла, что разговоры о Джексоне сегодня будут долгими.
