С Уилом все иначе. Моя жизнь перевернулась так, что я наконец смогла принять то, что мне действительно нравится — покой и умиротворение, наслаждение мелочами с любимым человеком и открытие новых эмоций, которые поддерживают душу в позитиве и наполняют жизнь редкостными моментами настоящего счастья. С ним я чувствую свою желанную свободу в полной мере и буквально ощущаю окрыление.
Омрачает мое счастье осознание, что я сильно привязалась и мне будет очень больно, когда я лишусь этого дара, которым меня наградили неизвестные силы на определённый срок. Некое вознаграждение за стальное терпение и принятие своей непростой жизни, в которой меня не ценят и лепят ту, что удобна. Не издевательство ли это?
Хорошее всегда тяжело отпустить, особенно когда его очень мало.
Но я снова забываюсь, стараясь сдержать слезы, сдавившие мое горло, и прижимаюсь к Уилу. Ощущаю его успокаивающее тепло, которое снова напоминает, что он рядом и с каждым днем спасает меня. Моя реальность пока не такая страшная, к которой не трудно вернуться из своих мыслей. В данный момент все в точности наоборот — мысли ужаснее реальности. Я снова слышу рев мотора мотоцикла, распространяющийся по всей дороге квартала Арт-Деко, по которой мы едем. Снова приятная пустота и спокойствие.
Мы катались около двух часов по самым различным районами Майами-Бич, затем вернулись в наш квартал. Уильям оставил мотоцикл в гараже и мы, взявшись за руки, пошли гулять вдоль берега, позволяя мелким волнам омывать наши ноги без обуви. Они, кстати говоря, приятно ныли после езды и, когда я на них встала, возникло ощущение, будто ноги стали ватными.
— Ты с шестнадцати лет гоняешь?
— Начал тренироваться с четырнадцати, а затем уже получил права.
— На самом деле, мотоциклы я всегда считала самым опасным транспортом. Сама я бы никогда не решилась рискнуть и попытаться научиться. Другое дело, когда есть доверенный человек, который поможет испытать эмоции от поездки.
Я улыбнулась и прижалась к Уилу. После моих слов он почему-то напрягся, но уверена, это получилось непроизвольно. Я посмотрела на его лицо, которое выражает серьезность вперемешку с небольшой растерянностью.
— Что-то не так? — тихо спросила я.
Наши шаги замедлились, когда Уильям тяжело вздохнул и сжал мою руку в своей.
— Мне стоило тебе рассказать это до того, как ты села на мотоцикл и доверилась мне. Раньше я часто гонял на мотоцикле. Позволял себе постоянно рисковать. Не боялся последствий и вообще не думал о страшном. Возможно, был сильно уверен в себе, пока это страшное все же не настигло меня как наказание за чрезмерную самонадеянность. Я часто участвовал в гонках. Однажды мне сильно не повезло, и я разбился.
Теперь я сжала его руку в своей. Остановилась, смотря на Уила с шоком и испугом. Он повернулся ко мне всем корпусом, но смотреть в глаза не решался, повернув голову в сторону или опуская взгляд вниз.
— Я не справился с управлением, когда мимо меня проехал другой гонщик. Лежал на дороге без сознания, с разбитой головой до тех пор, пока последний не проехал черту финиша. Если бы не Майкл, я бы точно погиб. Он не нашел меня после завершения гонок и побежал по пустой дороге ко мне навстречу.
Я выдохнула и прижалась к нему, обнимая за талию. В груди слышала его дикое сердцебиение, вызванное нелегким признанием.
— Прости, я должен был сразу рассказать. После происшествия я не садился за руль около года, затем снова достал его из гаража и прокатился. Но уже не было того былого желания рисковать и гонять до потери пульса. У меня была мания скорости, которая бы обгоняла время. Зависимость. Мотоцикл для меня все еще опасный вид транспорта, к которому я отношусь с осторожностью. Я больше не уверен в себе и не имел права сажать тебя.
В его голосе просачивается вина. Уильям терзает себя чувством вины и от этого сжимается мое сердце. Я подняла голову и посмотрела на его лицо. Уильям все еще не решался посмотреть в мои глаза.
— Даже если бы ты мне рассказал перед тем, как покататься, то все равно бы села и доверилась тебе. И водишь ты уверенно, не наговаривай на себя.
Наконец он посмотрел на меня и слабо улыбнулся. Уильям обнял меня и поцеловал в лоб.
— Ты чудо, Алиса Коллинз, моя чокнутая соседка. Или просто моя чокнутая.
Я посмеялась. Сразу после его слов я вспомнила вечер, когда чуть было не утонула и прислушалась к звукам волн. В голову пришла идея, которая обязательно понравится и Уильяму.
Я отстранилась от него и огляделась по сторонам. На лице тут же появилась довольная улыбка и я сняла футболку через голову.
— Поплаваем? — предложила я соблазнительным голосом.
Я бросила футболку в сторону и расстегнула ширинку джинсовых шорт, избавляясь и от них. Уильям внимательно следил за моими действиями и с каждой секундой его обычный взгляд сменялся на томный. Я завела руки за спину и расстегнула бюстгальтер, который вместе с трусиками полетел за остальной одеждой. Уильям оцепенел и окинул меня восхищенным взглядом. Облизывая губы, он сглотнул и посмотрел в мои глаза.
