Пока не остыл кофе полностью

– Я не знаю, что мне делать. Я хочу, чтобы мой ребенок был счастлив… Как может такое простое желание быть таким страшным? – плакала она.

– …

Нагаре не ответил. Он просто смотрел на бумажных журавликов на стойке.

Хлоп

Женщина в платье закрыла свой роман. Она еще не закончила его. Белая закладка с привязанной к ней красной лентой лежала между страницами. Услышав, как захлопнулась книга, Кей взглянула на женщину в платье, а женщина в платье пристально посмотрела на Кей.

– …

Не отрывая взгляда от Кей, женщина в платье ласково подмигнула. Затем она плавно встала с места. Как будто она хотела что-то сказать Кей этим подмигиванием. Но женщина просто прошла позади Нагаре и Котаке и исчезла в туалете.

Ее место – то самое место – теперь было свободно.

– …

Кей стала приближаться к стулу, как будто что-то тянуло ее туда. Потом, подойдя к тому самому месту, она остановилась.

– Казу… ты не могла бы приготовить кофе? – позвала она слабым голосом.

Услышав голос Кей, Казу высунула голову с кухни. Когда она увидела, что Кей стоит рядом с тем местом, она не сразу поняла, что творится у нее в голове.

– …

Нагаре повернулся и посмотрел в спину Кей.

– Брось… Ты ведь не серьезно? – спросил он.

Казу заметила, что женщина в платье исчезла, и вспомнила о сегодняшнем разговоре. Фумико Киёкава спросила ее: «Можно ли отправиться в будущее?» Намерения Фумико были ясны. Она хотела знать, вернется ли Горо из Америки через три года и поженятся ли они в будущем. Казу сказала, что это «было возможно», но «никто не решился отправиться в будущее».

Конечно, можно было отправиться в будущее. Но не было никакой гарантии, что вы встретитесь там с человеком, ради которого решились на путешествие во времени. Невозможно гарантировать это, потому что никто не знает, что произойдет в будущем. А учитывая, что время путешествия ограничено, шанс встретиться с нужным человеком близок к нулю.

Никто еще не решился отправиться в будущее, потому что это было бессмысленно. Но Кей решила, что ей необходимо попасть туда.

– Всего один взгляд – это все, чего я хочу.

– Держись…

– Если бы я хоть на секунду увидела, этого было бы достаточно…

– Ты серьезно собираешься отправиться в будущее?

Нагаре спросил это в более грубой манере, чем обычно.

– Это все, что я могу сделать…

– Но ты не знаешь, сможете ли вы встретиться там!

– …

– Какой смысл отправляться туда, если вы не встретитесь?

– Я понимаю это, но…

– …

Кей умоляюще посмотрела в глаза Нагаре. Но он произнес только одно слово.

– Нет, – отрезал Нагаре, повернулся спиной к Кей и замолчал.

Никогда раньше Нагаре не пытался давить на Кей. Он действительно уважал ее настойчивость и несгибаемость. Он не был так категоричен, даже когда Кей решила поставить свою жизнь на карту, чтобы родить ребенка. Но Нагаре запрещал ей отправляться в это путешествие.

Его беспокоило не только то, удастся ли Кей встретить своего ребенка. Он думал, что если она отправится в будущее и обнаружит, что ее ребенка там не существует, это отнимет у нее последние силы. Именно поэтому Нагаре был так непреклонен.

– …

Кей стояла перед тем самым стулом, слабая, но непоколебимая. Она не могла отказаться от своего решения. Она не собиралась отступать.

– Мне нужно, чтобы ты решила, на сколько лет ты переместишься в будущее… – внезапно сказала Казу. Она проскользнула перед Кей и убрала чашку кофе, из которой пила женщина в платье.

– Сколько лет? И какой месяц, день и время? – уточнила она свой вопрос.

Затем Казу посмотрела в глаза Кей и кивнула.

– Казу! – строго крикнул Нагаре. Но та проигнорировала его и произнесла со своим фирменным бесстрастным выражением:

– Я запомню. Я позабочусь о том, чтобы вы могли встретиться…

– Казу, милая…

Казу пообещала Кей, что позаботится о том, чтобы ее ребенок был в кафе, когда Кей переместится в будущее.

– Так что тебе не о чем беспокоиться, – подтвердила Казу.

Кей коротко кивнула, глядя ей в глаза.

Казу считала, что ухудшение состояния Кей в последние дни связано не только с развитием беременности, но и со стрессом, который она переживала. Кей не боялась умереть. Ей было страшно от мысли, что ребенок будет расти без нее. Этот страх разрушал ее здоровье и отнимал ее силы. И чем хуже становилось ее здоровье, тем сильнее был страх не выжить, оставить ребенка без матери. Казу боялась, что если Кэй продолжит двигаться по этому порочному кругу, то она истощит себя, и тогда жизни обоих, матери и ребенка, могут оборваться.

В глазах Кей появился проблеск надежды.

(«Я могу встретиться со своим ребенком».)

Это была маленькая, очень маленькая надежда. Кей повернулась, чтобы посмотреть на Нагаре, сидящего за барной стойкой.

– …

Нагаре мгновение молчал, а затем с коротким вздохом отвернулся.

– Делай что хочешь… – сказал он, разворачивая барный стул так, чтобы быть спиной к Кей.

– Спасибо… – сказала Кей, глядя в спину Нагаре.

– …