— Ну? — капитан, разглядывая вещи захваченных диверсантов, на короткое время оторвал свой взгляд от мнимого лейтенанта — Дальше будете в молчанку играть? Не советую. Время нынче военное, отправлять мне вас некуда. Да и незачем, откровенно-то говоря. Секретов своего командования вы не знаете — кто ж их диверсантам сообщать станет? Так что в тылу от вас толку никакого. А вот я вас поставить к стенке — очень даже запросто могу.
— Нет, — разжал пересохшие губы Самсонов. — Не можете… мы пленные…
— Разве? В своей форме и с документами? Ах, в чужой… Тогда и взятки гладки!
Диверсант промолчал.
— Рация у вас есть, стало быть, связь со своими командирами имеется. Так?
— Да.
— И какое задание вы от них получили?
— Я не буду отвечать на этот вопрос.
— Угу. Ладно. Старшина!
— Я, товарищ командир! — вырос за плечом пленного диверсанта Хромлюк.
— Дом, где эти субчики квартировали, помнишь?
— Помню.
— Отделение бойцов туда! Хозяина арестовать и сюда! Не захочет идти — волоком притащить! Будет кто им мешать, разрешаю применять оружие. Посыльного к Федюнину — пусть пришлет сюда десяток бойцов.
Отдав честь, старшина исчез.
— Вот так, мил друг! Сейчас сюда вашего хозяина приволокут. Думаю, что у него причин ваньку валять, куда как поменьше будет. Раз вы у него дома сидели, он что-то про ваши дальнейшие планы знать должен. Вот и поспрошаем… Только уж не обессудь, опосля того разговора вы все — мне без надобности. Сейчас бойцы подойдут, я им прикажу вон ту воронку углубить — там всю шайку и похороним. Скажи спасибо, что под открытым небом не оставим.
— У вас нет шансов. Никаких. Скоро здесь будут наши танки, и от всего этого сброда останется только кучка окровавленных костей.
— Которую, вы, однако, не увидите.
— Не хотите жить?
— Хочу.
— Тогда — сдавайтесь! Это последний шанс. Я могу замолвить за вас слово, мы умеем уважать достойных противников.
— Кто будет вас слушать?
— Будут. Я имею право принять вашу капитуляцию, а с пленными немецкая армия не воюет.
— Сидя в плену, диктовать свои условия? Однако…
— Ничего другого я вам не скажу.
— Ладно… Боец — увести этого фашиста! Рук не развязывать! Даже, если в сортир захочет — пусть так шурует!
Следующим привели диверсанта, в чьём вещмешке обнаружилась рация.
— Радист?
— Да, господин капитан.
— Русский?
— Украинец.
— Давно у немцев служите?
— Второй год.
— Звание?
— Ефрейтор.
— Через, — Ракутин посмотрел на часы, — пятнадцать минут вас расстреляют. Вон, видите, бойцы уже копают яму. Всех. Кроме тех, кто может быть мне полезным. Вы — можете?
— Но, господин капитан! Мы не причинили вам никакого вреда! Я не стрелял по вашим солдатам!
— Четырнадцать минут. Товарищ боец — следующего давайте! Этого — к ихнему командиру, пусть побалакают напоследок…
Коренастый красноармеец тронул немецкого радиста за плечо.
— Ну, ты! Вставай!
— Господин капитан! — рванулся к Алексею радист. — Я вел передачу! Я! Лейтенант только рядом стоял! Мне известно, когда сюда подойдут танки!
— Когда?
— Вы не расстреляете меня?
— Отправлю в тыл, пусть уже там с вами побеседуют. Радист… может, на что и сгодитесь?
— Сколько сейчас времени?
— Двадцать семь минут шестого.
— Передовой отряд нашей группы, виноват — немецкой! Немецкой группы, господин капитан! Он… они выйдут на связь через полчаса!
— Что им от вас нужно?
— Мы должны обезвредить пушки и подсказать наиболее удобное направление для атаки.
— Сколько их будет?
— Не знаю! Но — не менее взвода танков и роты пехоты.
— Выйдешь на связь?
— Вы меня не расстреляете?
— Сказал же — нет!
— Выйду, господин капитан!
— Увести! — кивнул Ракутин на радиста. — Содержать отдельно, глаз не спускать! Командиров взводов — ко мне!
Как и ожидалось, новости энтузиазма не вызвали. Да и не было никаких причин для веселья. Мины так и не успели установить, только прикрыли некоторые, наиболее опасные направления возможной атаки. И если рота пехоты особых опасений не вызывала, то вот танки… это было плохо.
Всех противотанковых средств в отряде — только трофейная пушка. Гранат мало, да и те — противопехотные. С большим трудом удалось разыскать два десятка пустых бутылок — их теперь срочно заправляли бензином. Наплевав на всякую скрытность, Алексей приказал саперам свалить в какие-нибудь ямки по десятку снарядов и приготовить их к подрыву. Каким угодно способом — хоть пороховую дорожку насыпать! Лишь бы хоть немного задержать танки!
— При появлении противника — повернуть людей от моста! Пусть уходят в сторону и ищут переправу самостоятельно. Иначе здесь будет такая каша… Всем зарыться в землю! Танки подпускать и жечь бутылками с бортов! Или сзади, но это уж — как выйдет… На мотор бросать, там решетка позади есть. Отсекать пехоту — танк вблизи слепой. Вопросы?
Вопросов не было.
— Разойдись!
