– Обращайся, – Жан приподнялся на локтях с той же широкой улыбкой, украшенной окровавленными зубами.
Я решил, что Жан ошибся, но Заки не протестовал против сказанного, а значит действительно был ему благодарен. За что?
– Выпустить пар бывает жизненно необходимо. Не держи всё в себе, говори с людьми хоть иногда. Ты же бармен в конце концов, – Жан удалился в уборную, вероятно, чтобы смыть следы недавнего побоища.
– Всё в порядке, Заки? О чём это он? – Заки отстранился от меня и направился на своё место за стойкой.
– Не парься. Голодные вы оба наверное, один виски хлещите весь вечер. Пойду-ка пиццу приготовлю для нас.
Из-за изрядно выпитого алкоголя на пустой желудок или из-за окружения нестандартных людей мне вдруг стало казаться, что я падаю в метафорическую кроличью нору. Всё происходящее вокруг было за гранью знакомой реальности. Мне оставалось плыть по течению бреда, творящегося в этом богом забытом месте.
– Ты в порядке? – раздался позади голос Жана.
– Как сказать… – вздрогнув, я обернулся к нему.
– Футболку можно выкинуть, – он вытянул свою когда-то белую футболку вниз, чтобы я разглядел пятна на ней во всей красе.
– Можно в рамку вставить и продать какому-нибудь любителю сюрреальных картин с толстым кошельком и без царя в голове.
– Купишь?
– Ты шутишь? – я хотел было посмеяться, но увидел, что он вполне серьёзен. – Едва ли мой кошелёк достаточно толст, хоть и под второе описание я отлично подхожу.
– Меняю на твою, – он указал на мою любимую чёрную футболку.
– Идёт, – раз уж решил плыть по течению, поплыву.
Я снял футболку и отдал Жану, а он мне свою. Надевая его испачканную в крови вещь, я ненароком втянул воздух вместе с ароматом исходившем от футболки, и он взволновал меня. Какой-то парфюм? Или может стиральный порошок? Пахло свежестью и прохладой.
– Каким порошком стираешь бельё? Отлично пахнет футболка.
– Пери стирает. Я даже визуально представить не могу как выглядит наш порошок.
– Знаю, прозвучит глупо, но можно мне понюхать твою кожу? – и это сказал я.
– Нюхай. Только слишком низко не опускайся, я ещё не настолько отчаялся, чтобы экспериментировать с мужиками.
Жан послушно встал рядом со мной и немного наклонил голову вправо, отчего напомнил мне заинтересованного ребёнка. Меня тоже не влекло к сексуальным отношениям с мужчинами, однако любопытство взяло верх. Я подошёл к нему и склонился к шее. Я глубоко вдохнул запах кожи, заметив при этом, что Жан вздрогнул от касания моего носа. Я впервые был так близко к мужчине без всяких предрассудков и любопытных посторонних глаз. Я был взволнован, но сексуального влечения так и не ощутил. Интересно, это от того, что меня не привлекают мужчины, или я просто не питаю особых чувств к этому конкретному человеку? Немного отстранившись, я заметил капельки крови чуть ниже подбородка и, поддавшись внезапному порыву, лизнул Жана. Он был недвижим, но крошечная армия пупырышек возникшая на его коже заставила меня прийти в себя и теперь уже на совсем отдалиться.
– Ну и что там? – Жан вернулся на своё место.
– Сама кожа приятно пахнет, – немного подумав, ответил я.
Жан усмехнулся. Должно быть ему раньше приходилось это слышать и, вероятнее всего, от Пери. Как ни крути, а это был интимный момент: редко кого подпустишь так близко к себе. В реальном мире. Но ведь мы сейчас где-то за пределами существующей реальности, творим вещи осуждаемые обществом и, что странно, все живы-здоровы, да ещё и не испытываем дискомфорта. Но и в этом компактном чудном мире, и в реальном кожа Жана источает сладкое благовоние приправленное сладковато-металлическим ароматом крови и пота.
– Есть какие аллергии? – голова Заки вынырнула из коморки.
– Я всеяден. Шын тоже, – не задумываясь, ответил Жан.
– С чего ты так решил?
– В любом случае угадал. Ты многое подвергаешь анализу. Тяжело живётся должно быть.
– Кажется, я впервые чувствую себя легко, – ответил я. – Не задумываясь, делаю, что придёт в голову. Обычно я действительно задаюсь многими вопросами, и в конце концов прихожу к тому, чтобы не делать ничего.
– Понимаю… Я раньше тоже был таким до встречи с Пери. Как думаешь, я снова стану прежним? – он обратил ко мне свои неземные глаза полные боли.
– Ты этого хочешь?
– Не думал. Я и расставаться не хотел с ней. Она сказала, что это единственное спасение для меня, а я так запросто поверил. Но чёртов телефон молчит, и я начинаю ненавидеть себя ещё больше, что был настолько слаб, что отпустил её. А если жизни после смерти нет, и нет жизни после Пери?
– Жизнь то есть. Но нужна ли тебе такая жизнь? Может стоит попытаться вернуть её?
– Но я же дьявол! Она заслуживает лучшего и это не про меня…
– Опять заладил! – твёрдо заявил Заки, выходя из коморки и усаживаясь напротив нас.
– Где еда, бармен? – небрежно ответил Жан.
– Готовится. А ты перестань уже заниматься самобичеванием.
– А что мне делать?
– Всё просто: любишь – возвращай. Изменись сам, вот и всё. А дьявол живёт в каждом из нас. Своего ты явно перекормил уже.
– Мне вообще-то не понятно, – я задумчиво потёр шею.
– А?
