До трагической смерти отца Элла Дакос и не думала о том, что придется самой зарабатывать на жизнь. Она всегда имела абсолютно все, что хотела, и не замечала каких-либо изменений в привычном укладе жизни. Однако после похорон убитая горем Элла узнала ужасную новость: отец оказался банкротом. Таким образом, молодая двадцатидвухлетняя девушка оказалась выброшена на обочину жизни, как рыба на берег. Еще много разных испытаний предстоит пережить Элле, прежде чем на ее горизонте забрезжит надежда на счастье…
Незнакомец снова был там. Элла видела, как, широко шагая, он шел вдоль линии прибоя. Пенистые волны подбирались к самым подошвам легких ботинок мужчины.
С такого расстояния почти невозможно различить что-либо конкретно. Высок и темноволос — вот и все, что можно сказать, а вот выбранный им маршрут говорил, скорее всего, о желании избежать встреч с кем бы то ни было.
Совершенно неизвестно, кто он такой, да и какая разница! Вряд ли незнакомец вообще привлек бы ее внимание, если бы не регулярность его появления в столь ранний час, когда, казалось бы, на всем свете только двое и бодрствовали — загадочный мужчина да она, Элла Дакос. Причем каждый день можно было видеть его гуляющим по пляжу в шесть часов утра. Всегда одного. Жаль, что невозможно его разглядеть. Один раз удовлетворить бы свое любопытство и забыть о незнакомце.
Перелет сбил ее с толку. От разницы во времени она спутала ночи и рассветы. Просыпается ни свет, ни заря, выходит каждое утро на балкон и, облокотившись о перила, ждет восхода солнца. Светило только успеет выпустить свои лучи, как появляется этот предвестник утра. Ходит, ходит…
Возможно, с сочувствием подумала Элла, мужчина гуляет по берегу по той же причине. Элементарная бессонница. Очень не хотелось, чтобы кто-нибудь видел ее стоящей на балконе в одной тонкой ночной рубашке. Драгоценные минуты! На вилле все еще спят, и ты можешь без помех наслаждаться красотой окружающей природы. Как только проснутся дети и Селма — пиши пропало! С этого момента ты себе не принадлежишь.
Конечно, пожалеть себя хочется. Но какое у нее право на жалобы? Еще спасибо надо сказать Селме, что взяла ее к себе. Крыша над головой есть, работа есть, плюс какие-никакие деньги. Молодая двадцатидвухлетняя женщина без профессии выброшена на обочину жизни, как рыба на берег. Работодателям нужны документы о квалификации, а не заверения, что ты справишься с обязанностями. И будто кто проклял Эллу — никак не удавалось победить несчастья, столь щедро брошенные судьбой на ее бедную голову.
До преждевременной смерти отца Элла и не думала о том, что придется самой зарабатывать на жизнь. Училась, читала. Кажется, стала довольно образованной, но на поверку выходило, что знания поверхностны и вряд ли могут стать подспорьем в жизни. А ведь было время, когда, окончив престижную частную школу для девочек и не менее престижный колледж в Швейцарии, Элла считала себя прекрасно подготовленной к исполнению той роли, которую уготовила жизнь.
Но какой роли? Элла состроила кислую мину. Ну, предположим, найти такого человека, как ее отец, выйти замуж, создать семью с тем, чтобы этот процесс повторился и с ее детьми.
Элла вздохнула. Ах, если бы все случилось так, как мечталось! Интересно, представлял ли отец, с чем ей придется столкнуться, когда в последний раз выходил в море на своей яхте? В самом ли деле он прыгнул в воду, или это был несчастный случай? Видимо, все-таки первое, ведь море было абсолютно спокойным. Человека не стало, и яхта, покачивалась на волнах, не управляемая никем, в десяти милях от берега.
Страшно вспомнить, какой это был удар. Элла чуть с ума не сошла, узнав о случившемся. Просто не верилось, что отец, отличный яхтсмен, вообще мог утонуть, а то, что спасатели не нашли тела, поддерживало надежду. Нет, нет, что бы там ни говорили, этого не могло случиться. Он жив. Он не утонул.
И все-таки правы оказались спасатели. Отец мертв. Тело обнаружили пару дней спустя… Сознание внезапно нагрянувшего одиночества повергло девушку в оцепенение. Даже на похоронах Элла все ждала, что Кэлвин Дакос сейчас войдет в церковь широким шагом. Странно, но это ощущение поддерживало сироту во время бесконечных утешений, выражений соболезнования.
Из состояния шока ее выбил другой удар. После роскошного поминального обеда адвокат отца отвел Эллу в сторону и сказал такое, что просто земля ушла из-под ног. Кэлвин Дакос оказался банкротом. В последний год он почти не имел средств к существованию. Привычно широко жил в долг, но время выплаты вышло…
Ну кто бы мог сказать по тому образу жизни, который они вели, что у отца серьезные финансовые затруднения! Унаследованное им состояние, которое обеспечивало беззаботное существование многих поколений Дакосов, было растрачено. Пару лет назад у Кэлвина появилась идея открыть свои владения для посещения публики. Однако подобного плана не воплотишь в жизнь без приличного капиталовложения. Но дочь-то не знала истинную причину отказа от идеи.
Вспомнив уик-энд на Канарах, зимние каникулы в Давосе, летние — на юге Италии, Элла задним числом смогла понять, куда ушел капитал, на что растрачены деньги. Но никогда, ни одним словом отец не обмолвился о своих затруднениях! Дочь всегда имела абсолютно все, что хотела, и не замечала каких-либо изменений в привычном укладе жизни.