Нигде больше поэт не будет в такой степени выступать как живописец. По сути, это развернутая выставка картин, набросков, зарисовок, где много звуков, пауз, цвета и света.
В стихах совершенно очевидно просматривается город Пермь начала 70-х, ими даже можно пользоваться как путеводителем. Здесь и новая Пермь, и старая, ее окраины… «Прикованные к фундаментам домов одиноких гиганты», «лес телевизионных вышек», «бледно-зеленые, красные бесконечные гирлянды огней», «улица раскололась от трамвайной дуги» и… «у крыльца незнакомого дома дрожат две росинки собачьих глаз». Город фантастический, «лабиринты развалин немых», и все же автор признается, что он «именно к этой жизни примерз, как к дереву лист». Обращает на себя внимание часто повторяющийся образ женщины, идущей за детской коляской — в эти годы у Михаила Сопина родились сыновья. Для большинства неожиданным будет цикл «Детский альбом».
Все это не случайно. Впервые после 15 лет заключения поэт получил свободу. Он не просто вырвался из зоны — сменился гражданский статус, семейное положение, все-все…
И ему хочется увидеть, прочувствовать, запечатлеть эти ощущения, отыскать в новой жизни свое место.
Несмотря на тревожный настрой, цикл в целом светлый, какой-то «ожидающий». Эпиграфом к нему можно поставить оставшуюся на полях этих стихов запись:
«Радуйся, человек. Все, к чему прикасаешься, сохранит след твоего прикосновения».
<p>«Это — не город…»</p>Это — не город.Это лабиринты развалин немых.Судьба моя в нем —Трещина в высохшем илистом дне.Словно босыми ногамиПо стальной пробираюсь стерне.И бесследны раздумья мои.И дорога моя далека.И красные кляксы следовУносит ветерВ дрожащих руках.<p>«Это в меня входит город в огнях…»</p>Это в меняВходит город в огнях.Звезды светят,Бьется ветер,Падают листья в меня.Разноголосый грохот буден,Черные воды речки,Смытый ивняк,Плачущие и улыбающиеся люди —Это в меня.<p>«На мокром циферблате…»</p>На мокром циферблате —Первый час.Бывают ночи —Шутит память с нами.Мне кажется,Что я иду сейчасПо городу моих воспоминаний.Иду, и не уверен, что ты ждешь.И под шаги слагаю:«По-до-жди».И падает такой же точно дождь.Пусть никогда не старятся дожди.<p>«Бледно-зеленые, красные…»</p>Бледно-зеленые, красные…Бесконечные гирлянды огней,Рассекая сугробы,Убегают вдаль.Тонким слоем лакаНа асфальте вода.Вечер прекрасный.В зависимости от освещенияГлаза, лица, улыбки —То синие, то зеленые, то красные.Порхающие руки,Словно экзотические птицы,Не боящиеся людей.Бороздят разноцветный воздух.И только в темных переулкахВ устоявшихся лужахЛежат отраженные звезды.<p>«Как невидимки, в тумане…»</p>Как невидимки,В туманеКряхтят и покашливают машины.На белой палитре —Продолговатые желтые капли:Это из невидимогоРождается крик петушиный.И нигде,Совершенно не видно нигдеНи огней, ни домов, ни прохожих.Только звуки.Вот еще где-то шорох невидимый вырос.Странно.Будто присутствуешьПри сотворении мира.<p>«Взявшись за руки…»</p>Взявшись за руки,Дети идут в свое будущее по паре.Няни ведут одиночек.По сухой траве июня,Мимо деревьев в пыли,В бензиновом перегареНяни ведут одиночек.Я остаюсь.Мне еще нужно одеться,Сытожить дни и ночи,Отделяющие меня от детства.А дети все дальше уходят,В пыльный июнь,Уменьшаясь до разноцветных точек.Няни ведут одиночек.
