Покаяние полностью

Как будто неловкий официант уронил поднос, уставленный коктейлями. Как будто. Этот звук Альсада слышал уже множество раз. Коктейль там другой.

Альсаду поразила тишина. Стекло могло зазвенеть по самым разным причинам. К примеру, кто-то кинул кирпич в витрину соседнего магазина. Вот только людской гул за окнами резко замолк: потому инспектор его и заметил.

Когда впервые у него на глазах бросили бутылку с зажигательной смесью, его реакция была схожей: молчаливый восторг. Как это прекрасно. Он стоял так удачно, что отследил ее путь: энергичный бросок, дуга в воздухе и удар вдребезги о мусорный бак. Тогда Хоакин оказался одним из зачарованных зрителей. И догадывался, что теперь люди, столпившиеся у отдела полиции, осторожно отступили, но недалеко, не в силах отвести глаз от происходящего. Замерли в благоговейном молчании. И любуются огнем, охватившим фасад.

Альсада бросился к выходу. Двое полицейских, сидевших в своем закутке, при виде его вскочили. В руках у них дымились сигареты.

– Помощь нужна, шеф? – спросил один.

Альсада едва не крикнул «За мной!», но побоялся, что эти двое услышат его сбившееся дыхание, а ему совсем не хотелось лишиться остатков уважения, которое они к нему еще питали. И промчался мимо, не ответив.

Охранника «коктейль Молотова» застал в дверях – он как раз их запирал. Семь часов. Увлекшись зрелищем, Басилио оставил связку ключей в замке с внешней стороны. До того ленив, что скорее выйдет через главный вход в самое пекло, чем потащится через все здание к черному ходу. Что за охрана пошла. Инспектор застучал ладонью по стеклянной перегородке, пока Басилио наконец к нему не обернулся и трясущимися руками не открыл замок.

Инспектор выскочил на улицу и тут же оказался в центре внимания. Как он и предвидел, часть толпы прервала марш к Каса-Росада и превратилась в зрителей. Люди выстроились – разумеется, на безопасном расстоянии – правильным полукругом вокруг главного входа в отделение полиции. Альсада замер посередине, уперев руки в бедра, точно усталый дирижер. ¡Qué calor![43] Близилась ночь, но зной и не думал спадать.

– Что вы тут возитесь?

– Тут где-то огнетушитель был… – начал Басилио.

– Домой идите, – перебил Альсада.

– Вы разве не хотите, чтобы я…

– Сам справлюсь, – ответил инспектор, пожалуй чересчур поспешно. Нет, не смогу. Вряд ли он сможет даже найти огнетушитель, не то что применить.

Альсада огляделся. Расстояние между ними и толпой стремительно сокращалось: теперь, когда впечатление от взрыва уже утратило остроту, народ начал напирать на двоих полицейских.

– Отдайте мне вашу куртку, – велел инспектор.

Басилио растерялся.

– Вы же не хотите, чтобы вас схватили вот с этим? – Альсада указал на отутюженную нашивку, выглядывавшую из-под складки на рукаве охранника. На ней значилось: «Seguridad»[44]. А чуть ниже: «Policía Federal»[45].

Предложение Альсады, сделанное из лучших чувств, вызвало неожиданную реакцию: Басилио взглянул на него с неподдельным испугом. Инспектор попытался его успокоить:

– A ver[46], разве в такую погоду она вам нужна?

Охранник замер в замешательстве.

– Ну же, – поторопил его Альсада. – Отдайте мне ключи. Я все закрою, когда буду уходить.

Басилио протянул ему куртку, неубедительно кивнул в знак одобрения и торопливо пробормотал:

– Buenas noches, инспектор. – И смешался с толпой.

Что там? Альсада машинально повернулся к месту возгорания, но тут же спохватился: стоять спиной к разъяренной толпе – не лучшая стратегия.

Время суток для броска было выбрано оптимально. В сумерках пламя завораживало. На земле поблескивали осколки, уже переставшие быть бутылкой из-под красного вина. Над ними, на уровне глаз Альсады, лепнина девятнадцатого века уже трещала в огне и на бледно-желтом барочном фасаде проступили первые черные пятна. Инспектор разглядел то место на стене, куда ударила бутылка. Боже, храни дилетантов и их криворукость. Каких-нибудь тридцать сантиметров выше – и она влетела бы в окно.

К счастью, огонь, похоже, распространяться не собирался и обещал скоро погаснуть. С самодельной взрывчаткой так бывает: во-первых, в качестве горючего наверняка взяли медицинский спирт, если не ром, – одно из немногих благ от подорожания бензина. А во-вторых, в бутылку, похоже, забыли добавить загуститель, прежде чем запихнуть внутрь тряпку в качестве фитиля. Этанол уже начал испаряться. Если пламя не найдет, на что перекинуться, оно скоро сойдет на нет. И все же надо хотя бы попытаться его потушить. Где Эстратико черти носят?

И тут, точно по волшебству, появился помощник комиссара с огнетушителем в руке. Альсаде уже начинала нравиться эта его способность возникать из ниоткуда. Инспектор вырвал из рук Эстратико железную бутыль: от мужчины, который очевидно делает себе маникюр, ничего путного ждать не стоит.