Гарик ЗеБра не «родился с серебряной ложкой во рту», однако считает себя везунчиком и счастливчиком. Он молод, горяч, привлекателен и спортивен. Принимал в Москве Жан Клода Ван Дамма, встречался с Берни Эклстоуном, владельцем Фомулы-1. Взламывал сейф в Лондоне и участвовал в программе «Утро» с Татьяной Веденеевой. Встречался с известным итальянским гангстером Рикардо Фанчини на борту его яхты «Принцесса Кремля». Любил женщин, и они его любили. Роскошная жизнь, жизнь без тормозов. Он ставил цели, и достигал их. Только с любимой с той, с кем он решил связать свою жизнь, не сложилось. Практически стал хулиганом, но Судьба его хранила. Был арестован КГБ, за организацию нелегального клуба, но и здесь Фортуна была на его стороне. Уступил приятелю продажу своей доли сигарет Мальборо, в огромном бизнесе, и человек пропал навсегда. Участвовал в возведении храма, и теперь колокол с его именем звонит каждый день. Его душа, долго ждала и каялась, и наконец, попала в рай.
…это гимн всем представительницам прекрасного пола, а не только тем, которые любили меня и которых любил я…
Чем ярче горят мосты за спиной, тем светлее дорога впереди.
Дорогой читатель, эта книга должна была быть написана первой. Но первой я написал «Фрактал. Осколки», так уж легла фишка. Сердцу не прикажешь. Я ведь не профессиональный писатель. Большую часть жизни проработал в нефтяном бизнесе. В этой книге большинство событий произошло с моим героем Гариком ЗеБра ранее, чем в первой книге. Я пишу эти строки сейчас, когда наша страна осуществляет специальную военную операцию в РУ. Для каждого понятие Родина совершенно разное. Я родился в СССР, и это была моя Родина, одна идеология – Человек человеку – друг, товарищ и брат. То время безвозвратно кануло в лету. СССР распался под давлением Запада и не без предательства внутри страны. Сейчас другая страна, Россия, другой мир и другая идеология. Теперь Россия моя Родина. Для меня Родина-страна, это слишком глобально. Для меня Родина это древний, исконно русский город Архангельск, где Великий Пётр построил первую верфь, порт и набережную на реке Северная Двина. Я здесь родился. За многие годы судьба помотала меня по свету. Но главная мечта была, есть и будет – хоть изредка возвращаться сюда, откуда начал свой путь великий Михайло Ломоносов.
Теперь, когда стало понятно, что мы в военном противостоянии находимся не столько с Украиной, сколько с Европой и США в лице НАТО. Это уже не первое такое противостояние, когда страны Запада пытаются победить, расчленить матушку Россию. И моя малая родина, родной Архангельск уже принимал на свои плечи их дьявольские нападки.
Когда мне было восемь лет, отец взял меня на экскурсию на «остров смерти» Мудьюг. До этого я ничего не знал о существовании этого острова. К папе приехали товарищи по работе из Ленинграда, и эта экскурсия была для них. Мы шли по Северной Двине на малом пограничном катере, выкрашенным в тёмно серую краску, как красили весь Северный флот, под стать погоде и морю. Стояла поздняя осень. Штормило. Накрапывал дождь. Дул северный ветер и волны перехлёстывали через полубак. Некоторым из делегации стало плохо. Остров расположен в 60 километрах от Архангельска, недалеко от устья реки. В летнее время сюда можно добраться только по воде. Зимой по льду. Экскурсовод предупредила – На острове много гадюк. Возьмите палки и смотрите под ноги. Первое, что я увидел, сойдя с катера на песчаный берег, были две огромные пушки, направившие свои жерла в море. Одна из них сильно накренилась, проломив деревянное основание, на котором была установлена. Это были пушки большого калибра для обороны острова с моря. Они были без защитного щита, только длинные стволы на лафете и постаменте. Я не знаю, какого калибра были эти орудия. Папа поднял меня, чтобы я заглянул в ствол одного орудия, и голова восьмилетнего мальчишки туда свободно поместилась. Раньше здесь была полноценная береговая батарея. Сюда в августе 1918 года подошла эскадра английских кораблей. Это была первая «ласточка» Антанты, впоследствии к ней примкнули ещё 13 западных стран. Началась интервенция. Операция готовилась скрытно не один год. Как и сейчас в Украине. Это обычная практика Запада, прикрываясь демократией и красивыми словами о правах человека, творить свои грязные делишки.
Мудьюг – остров с трагической судьбой. Здесь во время гражданской войны был создан концентрационный лагерь для пленных русских. Лагерь на острове Мудьюг – единственный, сохранившийся в России со времён первой мировой войны.
