Я поставил перед собой следующую цель - сделать из аниме-мира покемонов реалистичный фэнтезийный (странное словосочетание) мир. Не бред японской анимации для детей и школьников, а огромный мир, что заселен опасными магическими тварями, которые с возрастом обретают разум. Что у меня из этого выйдет - я не знаю.
Пролог. Падение.
В кабину заглядывает стюард.
— Ну как он? — спросил пилот, не отвлекаясь от управления аппаратом.
— Все такая-же старая брюзжащая сволочь. С чего ему вообще пришло в голову в таком состоянии лететь в Голландию? И как на зло в мою смену.
— Так наоборот, нужно радоваться. Старик доживает последние дни, и активно спонсирует каждое свое желание. Лично я вышел в свой выходной за тройной оклад, и не жалею об этом. Да и каким-бы не был человек, мы, считай, исполняем его последнюю волю. Приспичило ему рвануть в Амстердам, значит есть на то причина. Может он родом оттуда, может близкий кто там живет, а может просто последний загул по шлюхам? Кто знает…
— Может ты и прав, но терпеть его омерзительное поведение все тяжелее и тяжелее. Я понимаю, что он пытается хоть как-то поднять себе настроение, но не за наш же счет. Чуть ли ни на каждое второе мое предложение он завула… завулали… за-ву-а-ли-ро-ван-но принижает мой интеллект, мою личность! П-ф-ф, — Устало выдохнул стюард. — Я настолько давно с ним не общался, что каждый раз, когда он открывает рот, мне хочется самолично завершить его страдания.
Коллеги молча наблюдали за, проплывающими где-то впереди облаками, за городом, что в вечернее время уже начал покрываться светящейся сетью огней домов, машин, фонарей. Стен, а именно так звали стюарда, наслаждался минутами тишины и покоя, пока пилот корректировал курс.
— Я не знаю, как он это делает, но он довел наших дам до желания провалиться сквозь землю, пусть мы и в тысячах метров над землей. А меня он вообще выгнал, сказал, что собирается поспать, и не хочет, чтобы на него пялилась «стюардесса в брюках».
— Может по кофе? — спросил Билл. — Я выставил курс, долетим на автопилоте. Тебе явно нужно успокоиться. Выглядишь каким-то дерганным. — Сказал Билл, повернувшись к коллеге, что продолжал стоять в проходе.
— А давай. Успокоиться действительно не помешает. Он будто питается негативными эмоциями. Как можно с совершенно спокойным лицом утверждать, что я выбрал правильную профессию, потому что люди в полете растут быстрее, что может положительно сказаться на моем развитии. А я просто хотел узнать его мнение, касаемо одной статьи, что я прочел в бизнес-журнале на кануне. Да, я не разбираюсь в бизнесе, в акциях и инвестициях, но я же просто попытался отвлечь его разговором. Это же не повод мне грубить⁈
— Не надо так кричать, если ты его разбудишь, то придется тебе опять с ним общаться. Да и как-то резко ты реагируешь на него сегодня. Должен был уже привыкнуть, все-таки он далеко не первый год с нами летает.
— Ну-ну…
Тем временем, в главной части самолета, на комфортной кровати лежит пожилой человек, выглядящий весьма болезненно, но в тоже время ухоженно. Удобная шёлковая пижама насыщенного синего цвета, которая даже на вид стоит неприлично дорого. В цвет к пижаме, такое же шёлковое постельное бельё. Седые, слегка поредевшие, длинные волосы разбросаны по подушке. Измождённое, уставшее лицо, нездорового бледного оттенка, на котором отчетливо видны мешки под глазами, выражает скуку. Не удивительно, ведь уже в который раз за последние два часа его осматривают врачи. «Посмотрите вверх», «Посмотрите на свет», «Откройте рот», «Не двигайтесь» и прочие фразы его «надзирателей» уже откровенно приелись мужчине. Да, в его возрасте и с его здоровьем крайне не рекомендуется отправляться не то, что на другой конец света, но даже прогуляться на улице, из-за чего сейчас он и должен терпеть эти неудобства. Однако он ничего не может с собой поделать, ведь уже пару месяцев ему снится один и тот же сон. Стоит лишь закрыть глаза, слегка задремать, как он вновь видит Ее лицо. Она зовет его. А потому, ему необходимо отправиться в путь.
