Все смешалось в гостеприимном доме Иоанны Хмелевской, когда мирных игроков в бридж окружили люди в черном камуфляже с автоматами наперевес. Что это, бандитский налет или операция силовиков? Ворвавшиеся объявляют, что получили сигнал, что Иоанна — жертва киднеппинга и должна заплатить за себя выкуп в полмиллиона евро. Но постойте, почему тогда знаменитая писательница пребывает на собственной вилле в кругу родных, друзей и полицейских из группы захвата? Где логика? Похоже, растяпы-похитители перепутали с кем-то знаменитую писательницу и теперь этого человека необходимо спасать! Интриги плодятся как кролики, но если бы не дикие по составу коктейли, способные развязать язык кому угодно, разве превратились бы простые бриджисты в детективов?!
Всему виной мои вредные привычки. Если бы я осталась сидеть на своем месте, то вообще бы все прозевала. Мы играли в бридж. Аня разыгрывала, а я лежала на столе, пребывая в полной уверенности, что роббер за мной. И тут мне взбрело в голову воспользоваться моментом и на минутку отойти за сигаретами. Когда я оказалась точнехонько посреди дома, мне почудилось, что в саду что-то мелькнуло. Я затормозила, присмотрелась… И обалдела!
За стеклянными дверями террасы нарисовались черные силуэты в шапках-намордниках с дырками на уровне глаз. Каждый из них держал в лапках нечто огнестрельное, причем стволы были нацелены на мои апартаменты. Бандитский налет, чтоб мне лопнуть! Спятили совсем? У меня ведь пуленепробиваемые стекла! Они же треснут, как пить дать, только армии стекольщиков нам здесь и не хватало…
Почему-то мне все это активно не понравилось.
— Эй, сюда бандиты лезут, — сообщила я двум компаниям, сидевшим за разными столами. В моем голосе прозвучало, кажется, удивление с некоторой дозой неудовольствия. — Двери у нас закрыты?
— Какие именно? — ядовито поинтересовалась Малгожата, моя племянница, сидевшая за обеденным столом.
Я находилась как раз посередине между ними, видно и слышно меня было всем более-менее одинаково. Двери сами собой ответили на этот вопрос.
— А… Ну не закрыты, и ладно, а то еще примутся палить по окнам…
— Какие бандиты? — не преминула удивиться Клара.
— Последние козыри, пожалуйста, — вежливо попросила Аня, постучав пальцем по столу.
Любопытство Клары было удовлетворено самым очевидным образом. В салон ввалились два черных чудовища в масках, третье замаячило в прихожей у входной двери, за окном мелькнули еще штуки две, а может, одна, но уж очень подвижная. Чтоб мне родить, весь дом окружили! Кого же это так переклинило и на кой черт им понадобился настоящий захват? Что у меня может быть такого ценного?
В голове мелькнула мысль о пульте с тревожной кнопкой, который лежал у моей кровати. Я вопросительно взглянула на Малгосю: она, похоже, тоже о нем вспомнила.
— В спальню уже один проскочил, — потерянно заявила она, не поднимаясь со стула.
— Я сплю или брежу? — поинтересовалась Марта, удивленно округлив глаза.
— На спинах у них написано «полиция», — без малейшего намека на эмоции сообщил Виктор, посмотрев вслед тому, что был на лестнице — Ну ты погляди, выиграли!
Сидели мы за двумя столами, всего семь человек, из которых четверо играли в бридж в холле, а трое занимались своими делами за обеденным столом. Я подумала, что не мешает куда-нибудь приткнуться, не буду же я вечно торчать посреди дома, как мачта освещения, лучше уж присесть. Сделав несколько шагов, я села за обеденный стол, по инерции выбрав свое постоянное место, где как раз лежали мои сигареты. За ними я, собственно говоря, и собиралась пойти.
Тем временем ряженые в натянутых на физиономии дырявых шапках лезли со всех сторон.
— Полиция! Всем оставаться на местах! — грозно рявкнул один из них.
Ну и на фига было орать, если я уже села, а остальные даже не дернулись? А вот интересно, что бы было, если бы, к примеру, кто-нибудь чихнул или хлопнулся в обморок? А никто и не думал чихать и хлопаться.
Маски-шоу продолжалось меньше минуты, затем в салон энергичным шагом вошли двое более-менее нормальных на вид субъектов в одежде общепринятою типа, без масок на мордах лица и дикого блеска в глазах, и даже вполне приятной наружности. Почти одновременно рядом с ними материализовались двое в черном, один появился из глубины дома, а другой спустился с лестницы.
— Пусто, — доложил первый.
— Чисто, — поддержал второй.
Тоже мне, открытие. А что они, интересно, ожидали увидеть? Тараканов?
Господа в костюмах хорошо отработанным одинаковым движением блеснули чем-то, что принято называть полицейскими значками, и мимолетное виденье подкрепили устным сообщением:
— Полиция! — Один из них устрашающе рыкнул в подтверждение предыдущего сообщения: — Попрошу всех…
Окончить он не успел. В Кларе вдруг пробудилось зло, обычно тихо себе дремавшее, свернувшись клубком, где-то в глубинах ее подсознания. Появлялось оно на публике крайне редко, но зато уж во всей красе и в самые непредсказуемые моменты жизни. Не вставая со стула и не реагируя на грозный приказ, она с шумом отъехала от стола.
— Как же! Махать абы чем всякий может. Если вы не подстава, прошу предъявить документы как положено, по всем правилам. Имею право с ними внимательно ознакомиться! Я требую!
Скажу прямо, мы почти восхитились. Игравшие в бридж отложили карты и вернулись, наконец, к действительности. Секундное замешательство полицейских не осталось незамеченным, но оба выполнили пожелание разгневанной пани магнатки. Они снова вынули удостоверения, сунули ей под нос и дали начитаться вдоволь. Клара одобрительно кивнула.
— Годится, — констатировала она с чувством исполненного долга, и зло так же быстро юркнуло в свой утолок, как из него выскочило.
