Наверняка в мастерской знали, кто владелец этих станков, который всякий раз пользуется разными именами, тем более, что в последнее время он жил в том же квартале под своим настоящим именем.
Мы решили, что Беньямин придет в мастерскую заказывать большую партию гаек с левой резьбой. Для надежности он заручался визитной карточкой одного из крупных гаражей города, чтобы сойти за его представителя.
В мастерской в Висенте-Лопес его приняла секретарша. Беньямин представился и объяснил, что ему нужно и почему он хочет поговорить с владельцем станков.
Девушка попросила клиента подождать несколько минут. Из-за двери доносился разговор, но слов нельзя было разобрать. Вскоре секретарша вернулась, внимательно посмотрела на Беньямина и молча вышла. А еще через несколько минут она холодно объяснила сеньору, что здесь не занимаются токарным делом, и тем более не знают господина, который владеет этими станками.
Когда Беньямин рассказал мне о странном приеме в мастерской, я уже не сомневался: мы на верном пути. Ведь совершенно ясно, что секретарше не надо ни с кем советоваться, если клиент ошибся адресом. А кроме того, тот, с кем она совещалась, явно послал ее разглядеть посетителя. Было абсолютно ясно, что с незнакомыми людьми здесь дела не имеют.
Если бы за это взялись профессионалы, то работники мастерской вывели бы нас на Менгеле. Но в моем распоряжении были всего лишь несколько добровольцев, неопытных в разведке, да и оставалось всего несколько дней. Пришлось отказаться от мысли выйти на след Менгеле таким путем. Но был еще один шанс – обследовать виллу. Ведь могли же соседи и почтальон по ошибке или по сговору дать нам ложную информацию?
Я хотел сделать в Аргентине все возможное.
Мы расстались с Ашером Кедемом в тот день, когда я попросил его вернуться домой, чтобы руководить подготовкой специального рейса. Ашер должен был вылететь 10 мая, но в последнюю минуту по техническим причинам вылет перенесли на 11 мая.
Он приехал в аэропорт заранее и постарался попасться на глаза многим людям, чтобы его запомнили. Ашер выглядел беззаботным и веселым, умело скрывая внутреннее напряжение. Он не поднимался на борт самолета, ожидая моего окончательного приказа.
Несколько часов ожидания показались Ашеру бесконечными. Наконец, он увидел Менаше, спокойного, как сфинкс.
– Ты принес мне какое-либо сообщение?
– Да, можешь лететь.
– И это все?
– Все.
Ашер не понимал, отчего Менаше именно сейчас столь непроницаем и молчалив. Но он не посмел задавать вопросы и сам прикинул, что если бы дело сорвалось, его не посылали бы домой готовить специальный рейс. Кедем попрощался с Менаше и в 23:00 вылетел в Нью-Йорк. По мере приближения к дому его волнение нарастало. Он понимал, что по существу первым везет в Израиль весть о поимке Эйхмана. Но рассказывать об этом никому нельзя, да и сам он почти ничего не знает.
В Лоде его встречали Анкор и Лиора Дотан. Тогда-то Кедем и обрадовал их, сообщив, что, судя по всему, Эйхман находится в руках израильтян.
За несколько дней до спецрейса Анкор пригласил к себе Йорама Голана.
– Открою тебе секрет, – начал Гилель.
Он не знал, что Йорам догадывался о нашей миссии: в профессиональной среде, конечно, уловили связь между отсутствием нескольких сотрудников, повышенным интересом властей к делам нацистских преступников и слухами о поимке Эйхмана, распространившимися пока в узком кругу. Так что Йорам не удивился, когда собеседник продолжил:
– Адольф Эйхман в наших руках. Возможно, тебе придется вылететь в Аргентину и участвовать в его доставке. Ты согласен?
– А что, ты боялся, что я откажусь? – обиделся Йорам.
– Тогда собирайся в путь. И принеси свои фотокарточки, какие только имеешь.
На другой день Голан принес свои фотографии. Гилель и незнакомый человек разложили на столе снимки Эйхмана в форме и без, а рядом – его, Йорама, снимки.
Поняв, что карточки сличают, Голан почувствовал невольную дрожь. Между тем Гилель и незнакомец нашли, что определенное сходство между тем и этим существует, но придется сделать новые снимки Йорама, уже в гриме. Тут Голан понял, что его избрали на роль двойника Эйхмана. Он не долго колебался: кто-то ведь должен сыграть и эту роль. Почему не он? Главное – быть среди тех, кто доставит Эйхмана в Израиль.
После долгих проб удалось получить вполне удовлетворительную фотографию. Через несколько дней предложили примерить форму летчика: Йорам полетит в Аргентину под именем Зихрони, как член экипажа. А Эйхмана, возможно, доставят в Израиль как раз по документам Зихрони, тогда как Йорам покинет Аргентину каким-нибудь иным способом.
Вместе с Йорамом в Буэнос-Айрес должны были вылететь еще два оперативника, тоже под вымышленными именами и под видом работников авиакомпании: Йоэль Горен, наш разведчик на улице Чакобуко в 1958 году, и Элиша Ноар. На пути в Израиль им предстояло сыграть роль сопровождающих при заболевшем члене экипажа, то есть «Зихрони».
