По мнению всех тиарцев и ан-рабатцев, операция спланированная герцогом де-Анатоль-ин-Сарино, представляла из себя верх безумия и отважиться на такое могли даже не отчаянные храбрецы, а одни только конченые психи или гении. Хотя никто не сомневался в талантах викингов, они всё же считали их как раз психами, совершенно не ведающими, что они творят. Свою же роль в предстоящем деле они считали просто ничтожной, хотя и сопряженной с некоторым риском, ведь все три крейсера вовсе не были атакующими, а двенадцать крейсеров-истребителей, при всей их мощности, мало чем отличались по своим размерам от больших космояхт, хотя и имели по восемь плазменных, гиперсветовых пушек. Против достаточно большой космической эскадры их силы кто угодно счёл бы ничтожными. Правда, они имели стратегическое преимущество, заключавшееся во внезапности, а это в предстоящем бою значило очень много. Если во время движения со сверхсветовой скоростью в подпространстве их ещё можно было хоть как-то обнаружить, то стоящими в засаде их не смог бы увидеть практически никто.
Обездвижить чужие крейсера, а затем взять их на абордаж, было в правилах как тиарцев, так и ан-рабатцев. Как одни, так и другие в этом здорово поднаторели и к тому же абордажные команды состояли исключительно из самых опытных космодесантников-спецназовцев, прошедших курсы переподготовки в специальном учебном центре принцессы Дессии. Да, и все космолётчики тоже прошли его, а потому могли бы тоже пойти на абордаж, но у них имелись свои задачи. Подрыва термоядерных устройств никто не боялся. Крейсера-истребители имели оборудование, способное воспрепятствовать этому. Другой разговор, что абордажные команды были невелики и состояли всего из двух сотен спецназовцев и им придётся лететь на операцию стоя на абордажной палубе плечом к плечу, но и полёт ведь обещал продлиться не более получаса, так что можно потерпеть. Космодесантники встретили приказы своих командиров довольными возгласами. Они давно уже хотели показать викингам класс своей работы, хотя и понимали, что бой будет очень жестоким.
Да, но ведь и враг их друзей тоже встретит их отнюдь не цветами. Скорее всего он давно уже дрейфует в космосе на таком расстоянии от звёздной системы, что сможет попросту расстрелять космояхты викингов с дальней дистанции шквальным огнём. Это наводило всех на грустные размышления, а смогут ли они ещё раз увидеть своих друзей. Тем не менее настроение у всех было боевое и о самом плохом они старались не думать, когда викинги прибыли на "Чёрном драконе" на борт «Варяга» и быстро расселись по уже подготовленным к рейду космояхтам. Уже через полчаса их буквально сбросили за борт и все космояхты мгновенно исчезли за кормой. Операция началась минута в минуту и отсчёт времени пошел.
На этот раз викинги отправлялись в рейд на сорока четырёх космояхтах, больших и малых, битком загруженных одними только роботами-разведчиками. Вот им-то точно не было суждено вернуться и после завершения операции в Ларауме, небольшом университетском городке с населением чуть больше трёхсот тысяч, предстояло попросту сгореть дотла, чтобы случайно не попасть в чужие руки, но это самая малая из всех ожидаемых потерь. Все эти роботы к тому же не являлись мыслящими существами, а потому жалеть их никому и в голову не приходило. Железо оно ведь и есть железо. Денис сидел в рубке «Огнеборца», также забитой роботами-разведчиками, в последний раз. Этой космояхте также было суждено погибнуть, выполняя отвлекающий манёвр и ему было её очень жалко. Хотя, как знать, возможно, что управляющий компьютер всё же сможет увести её из-под вражеского огня, но он на это даже и не надеялся. Ну, а пока что Денис, надев вместо виртуального шлема тактические очки, один из подарков венатуанцев, обладающие целой кучей полезных свойств, в ручном режиме управления вёл космояхту к цели и даже не представлял себе, что их ждёт на Хорхии.
Впереди было семьдесят пять часов полёта и он впервые за последние годы оказался в полном одиночестве, а потому мог побыть наедине с самим собой. Как только он положил руки на сенсоры управления, в его голове тут же, словно пчёлы, начали роиться всевозможные мысли. Первым делом он вспомнил, как однажды мчался на Пашкиной «Яве» по ковыльной степи ночью, да ещё и с выключенной фарой. Тогда стояла полная луна, небо, будто протёрли салфеткой и степь казалась ему серебряной и просто неописуемой красоты. Ровная, как стол, серебряная степь, накрытая чёрным куполом усеянным звёздами. Ему казалось тогда, что ещё секунда и он помчится среди миллионов этих мерцающих светлячков, вокруг которых кружатся по своим орбитам планеты, и на тебе, он действительно мчится на такой головокружительно скорости в межзвёздном пространстве, что об этом даже страшно подумать. Они выбрали для старта такое удалённое от Хорхии, да, и от привычных маршрутов космически кораблей, место, что их вряд ли могли засечь, но из-за этого и лететь им приходилось на огромной скорости.
