Снова не обратив внимания на её крики, Беззуб скинул её на ветку дерева, и мы полетели обратно. Оглянувшись, я увидел, как девушка начала медленно спускаться вниз. А она не из робкого десятка. Ещё около часа мы летали над деревней, спасая драконов, но никто даже не сказал нам «спасибо». Странно это слышать, но даже драконы способны на благодарность. Но, видимо, не эти.
В их глазах не было понимания того, что они делают. Так бывает, когда кто-то начинает завладевать твоим разумом, подавляя волю. Так делают Вожаки. Короли и Королевы гнёзд, которые не смогли завладеть доверием драконов, завладели их разумом.
Да, так намного проще, но настоящий Вожак заботится о своих подданных, а не живёт за их счёт. Такая жизнь за многие столетия начинает очернять сердце такого Короля или Королевы. Такой Вожак становится Тираном. Скорее всего, эти драконы попали под власть именно такого дракона. Настоящего драконьего Тирана, живущего за счёт других.
Осмотрев ещё раз деревню, я увидел двух длинноволосых блондинов. Это были те близнецы, которых я пять лет назад встретил в лесу (я узнал их, когда один из них повернулся ко мне боком, поэтому не трудно было догадаться, что рядом стоит его брат или сестра), прижали к дереву Престиголова. Бедный дракон не знал, что делать, и судорожно искал глазами то, что сможет ему помочь.
Указав Беззубику на дракона и ребят, я щёлкнул пальцами. Фурия тут же выпустила в их сторону сгусток плазмы. Так, осталось ещё пять залпов. Нужно только правильно их истратить.
Ребята отвлеклись от дракона и посмотрели на место, куда попала плазма, поэтому Кошмарный Престиголов смог от них сбежать, уже на соседней улице деревни схватив лапами какое-то животное.
Около нас раздался драконий рык. Беззубик тут же сложил крылья, на несколько метров падая вниз. Взглянув туда, где пару секунд назад парили мы, я увидел явно разочарованного Злобного Змеевика. Кто-то остался без добычи.
Я уже хотел было усмехнуться, пока меня вдруг не осенило. Добычей-то был я, а от осознания этого факта смеяться как-то больше не хотелось. А я и забыл, что драконы могут быть враждебны ко мне.
— Давай повеселимся? — Беззубик вновь поднялся выше, чтобы было удобнее разглядывать деревню.
— Что ты предлагаешь? — Спросил я, прижимаясь к седлу.
— Разнести пару построек, можно подпалить кому-нибудь одно место, — начала предлагать Фурия.
— Не-не-не, — остановил я брата. — Приятель, последнее будет явно лишним. Давай сначала начнём с катапульт. Думаю, что, если мы снесём с тобой одну катапульту, то ничего страшного не произойдёт.
— Я не ослышался? — На миг Беззуб перестал махать крыльями, а потом через плечо посмотрел на меня. — Правильный мальчик Иккинг наконец решил повеселиться?
— Я ведь могу и передумать, — усмехнулся я, сжимая ручку седла.
— Понял, молчу, — Фурия хитро прищурилась и сложила крылья, начиная падение.
Снова свист, снова крики людей, только потом был какой-то другой звук. Резко что-то прижало крылья Беззубика к телу, а меня ещё сильнее к дракону. Мы начали падать.
— Нас сбили, — почти прокричал Беззуб, пытаясь хоть как-то вывернуться, чтобы обнять и защитить меня.
========== Глава 6 ==========
POV Инга
Звук рога. Очередной драконий налёт, из-за которого я снова не выспалась. Интересно, почему нельзя жить с этими рептилиями в мире.
Да, мой отец рассказал мне, что и мою маму и моего брата убили драконы, но я этому не верю. Я прекрасно знала, кто знает настоящую правду, поэтому после этого я начала усиленно пытать Плеваку.
Через несколько недель старый кузнец сдался и рассказал, что мою мать убили, но только не драконы, а люди. А моего брата унесла легендарная Ночная Фурия.
До того, как Иккинга украли, Фурии к нам не прилетали, и после тоже. Может ли это значить, что та чёрная рептилия была из другого гнезда? Ответа на этот вопрос я, к сожалению, не знаю, но безумно хочу узнать.
Вылетев из дома, я подняла взгляд в небо. Моего старшего брата унесли десять лет назад, а я до сих пор верю, что он жив и однажды вернётся домой. Хотя если он жив, то это значит, что он живёт в мире с драконами, а это значит, что он не вернётся туда, где этих рептилий ожесточённо убивают. Даже если это родной дом. Остров, на котором родился.
Но всё же вера в то, что я ещё хоть раз увижу Иккинга, не пропадала. Наоборот, с каждым годом она только крепла.
В воспоминаниях часто всплывал мутный образ моего брата. Каштановые волосы и яркие зелёные глаза. А ещё огромная россыпь веснушек по всему лицу, на котором почти всегда играла добрая улыбка. Жаль, что эта улыбка осталась только в моих воспоминаниях, и я её больше не увижу.
Добежав до кузни Плеваки, я принялась за работу, которую до этого, как оказалось, делал мой брат. Я, так же как и он когда-то, точила мечи, топоры и прочее оружие в время драконьего налёта.
Как часто мне рассказывал кузнец, я была точной копией Иккинга. Была такой же худенькой и хиленькой и с трудом поднимала щит.
— Явилась и не запылилась, — усмехнулся Плевака, как только я влетела в кузню и сразу же подошла к точильному камню.
