— Для этого есть судьба, — ответил парень. — Сёстры Норны отвечают за это. Они знают всё. И прошлое, и настоящее. Что уж там говорить о будущем. Для них доступно всё, поэтому сделать что-то так, чтобы это произошло в ближайшее время, для них ничего не значит.
— А я и не думал, что три сотни лет, это ближайшее будущее, — усмехнулся я и провёл рукой по волосам.
— Для Богов и тысяча лет, как короткий миг, — заметил парень, а я лишь согласно закивал головой — он был прав.
— Я пойду, — вздохнул я и снова улыбнулся. — Хочу побыть один. Мне это обычно помогает.
— Я не держу тебя, — добродушно улыбнулся мне в ответ Рыбьеног. — Хотя такое твоё поведение заставляет меня задуматься насчёт того, что с тобой не так. Ты уходишь от людей и стремишься к обществу драконов.
— Я не ухожу от людей, как ты мог подумать, просто иногда мне нужно общество тех, кто был со мной в последнее время, — произнёс я, но это было тихо, словно я оправдывался перед ним. — Они понимают меня лучше, чем люди, поэтому я иду к ним. Драконы умеют выслушивать и давать хорошие советы. Они нравятся мне за это. А, что самое главное, они никому не расскажут о том, о чём мы говорили. Каждый дракон хранит как минимум один мой секрет. Только Беззубик знает их все.
— Ты считаешь его братом, почему? — Задал вопрос, который интересовал, наверное, каждого жителя Олуха, Рыбьеног.
— Наверное потому, что он был первым драконом, с которым я наладил контакт после того, как начал более менее понимать драконий, — пожал я плечами. — Тем более, он был сыном Сапфиры — Ночной Фурии, которая забрала меня с Олуха десять лет назад.
— Ты рад, что так всё произошло? — Снова спросил парень, а я опять пожал плечами.
— Рано или поздно я бы встретился с ним, — заметил я. — Если легенды не врут, то я действительно тот, кого так долго ждали. Значит, такая у меня судьба, такой нелёгкий и тернистый путь к звёздам.
— Ты интересно мыслишь, — вдруг через несколько минут тишины произнёс Рыбьеног. — Я могу с уверенностью сказать, что ты умнее любого на нашем острове. Даже меня, а я перечитал все книги в библиотеке Олуха и несколько за его пределами.
— Мало их прочитать, нужно же их понимать, — улыбнулся я и встал со скамейки, на которой сидел до этого. — Я пойду.
***
— Что тебя беспокоит? — Тихо спросил Беззубик, когда мы парили высоко над островом и осматривали ближние водные границы.
В последнее время на нас часто стали нападать другие племена. Их можно было понять — издревле (уже как три сотни лет) викинги беспощадно убивали драконов, а тут на остров Олух (между нами говоря, главный остров по борьбе с рептилиями из-за того, что он находился ближе всего к Проклятому проливу) вернулся какой-то мальчишка, который выдавал себя за сына вождя и доказал, что с драконами можно жить в мире. Естественно, что не все смогли принять это (честно говоря, только жители Олуха и смогли).
— Я боюсь, братец, боюсь, — так же тихо ответил я, откидываясь на спину Фурии. — Про меня сложена легенда, Боги уже давно придумали, какая меня ждёт судьба, но я не знаю этого. Это-то и пугает. Неизвестность.
— Боги придумали, какая судьба ждёт каждого из нас, — ответил Беззубик, взлетая чуть выше к облакам. — Просто твоя судьба куда интереснее и насыщеннее, чем судьба кого-либо другого. Ты родился не просто так и мама забрала тебя десять лет назад не просто так. Так хотели Боги, поэтому не стоит думать и говорить, что ты проклят ими. Если ты ещё жив и здоров, то ты под их крепкой защитой. Пока мир между нами не будет установлен окончательно, они не дадут тебе погибнуть.
— Спасибо, малыш, — похлопав верного друга и брата по крылу, я улыбнулся.
Вот то, чего мне так не хватало в людях. Мне не хватало их советов и добрых слов, которые могли бы помочь посмотреть на проблему с другой стороны. Драконы же были философами и стратегами в одной морде, которые прекрасно знали, что из любой ситуации есть, как минимум, три выхода. И каждый дракон мог с лёгкостью показать мне все три выхода (а иногда и ткнуть меня туда, как говорится, мордой), ничего не требуя взамен. Это говорило о их доброте, которая была не у каждого человека, но у некоторых она всё же была. А к этой доброте ещё и добавлялось то, что человек мог дать мне хороший совет. Это грело мою драконью душу.
— Но это же не всё, что тебя беспокоит, — словно читая мои мысли, пророкотал Беззубик.
— Астрид, — только и ответил я, а Беззуб понимающе заурчал.
— Она хорошая, — услышал я его ответ и улыбнулся. Да, она однозначно хорошая. — И я до сих пор не понимаю, почему ты не хочешь сделать ей шаг навстречу. Она же тянется к тебе, как драконья мята к солнцу. Она как сухая земля впитывает каждое твоё слово, словно это живительная для неё влага. Ты безусловно нравишься ей, потому что о любви я судить не могу. У вас людей всё гораздо страннее. Ты же прекрасно знаешь, что у нас драконов раз и на всю жизнь. Вы же люди можете выбирать, пробовать с кем-то другим. Но после первого спаривания, как я понял, больше выбирать нельзя, да?
