— Да если бы! — вздохнула блондинка. — Я ж говорю, там осложнения были, на печень. Она раз в месяц приезжала к нашему доктору сюда, и вроде, я слышала, еще к какому-то светилу калась с дочкой. Недели две назад последний раз тут была.
— А не слышали вы, Ларочка, разговоров о том, что Свете требуется пересадка печени? — вкрадчиво уточнил журналист.
Девушки снова переглянулись.
— Да вроде нет, — неуверенно ответила Лариса. — Я вообще никогда не слышала, что после гепатита пересадка нужна. У нас десятки детей через отделение проходят, ничего, все как-то обходятся.
— Вы форум городской прочитали? — догадалась вторая медсестра. — Ну, там фантазеры еще те. Уверена, уж запасная печень дочке мэра точно ни к чему.
— А какой-то другой орган нужен? — подала голос я. Девушки обернулись с таким недоумением, словно только сейчас поняли, что я не кукла, а умею разговаривать.
— Да откуда ж нам знать? — нервно спросила Лариса. — Мы тут по гепатиту работаем, об остальном не у курсе.
Георгий Петрович задавал девушкам еще какие-то вопросы, а я достала мобильный и начала лихорадочно листать форум НН1. Когда появились первые сообщения о том, что детей похищают ради дочери мэра? Вот сообщение трехмесячной давности… Нет, еще раньше, еще… Да, кажется, нашлись первые ласточки — примерно пять месяцев назад, может, чуть больше. То есть вскоре после того, как она выписалась из инфекционки.
Непохоже на случайное совпадение. Но девочки пропадают около года — это если не считать “школьного фотографа”, который уводил детей с площадок возле домов. В чем же дело? Обычные городские легенды, которые так ловко замаскировались под реальные преступления? Или дочка мэра задолго до гепатита была серьезно больна, и ей на самом деле нужны органы для пересадки?
— Девушки, а вообще, в нашем городе где-то могут делать подпольные пересадки органов? — выпалила я. — Ну, может слышали что-то о таинственном отделении больницы, куда чужих не пускают…
Они уставились на меня, как на чокнутую, потом, словно по команде, прыснули:
— В инфекционке такого точно нет, — давясь от смеха, пробормотала блондинка. — Тут органы сильно поражены, здоровых не держим.
— Ладно, в других больницах города? — не сдавалась я, хотя реакция девушек говорила сама за себя.
— Да не читайте вы этот дурацкий форум, — рассердилась вторая медсестричка, — кроме нашей, в городе всего две больницы, ну, не считая травматологии. Какие закрытые отделения? Вы еще про бункер скажите!
Попрощавшись с медсестрами, мы направились к неприметной машине Бесстрашного Георгия, и выехали из неприветливой больницы.
— Зеро, — сокрушенно мотал головой он. — Ладно, девушка… мисс Марпл. Поехали, перекусим, а потом уж снова за работу.
Аппетита не было никакого, да и время, на мой взгляд, было не вполне обеденным. Но, покосившись на упитанного журналиста, я поняла, что ему, и правда, срочно требовалось перекусить. Ладно, выпью чашечку кофе, заодно и поболтаем.
Мы доехали до ближайшего МакДоналдса, Георгий заказал набор жирной и, возможно, вкусной еды, а я ограничилась кофе.
— Фигуру бережете? — одобрительно окинул меня взглядом журналист, устроившись со своим подносом за простым пластиковым столиком. — Правильно, девушки должны услаждать наш взор.
— Феминистки бы за такое убили, — усмехнулась я. — Но я считаю комплиментом, так как воспитания традиционного, можно сказать, патриархального…
— Вот! — он торжественно поднял кверху указательный палец. — Именно такую фемину я искал всю жизнь!
На мой взгляд, контакт был налажен, и я решила более не медлить.
— А что за сигнал наверх, по чью душу проверка приезжает?
— Сигнал серьезный, с фотками, это то, что мне известно. — Георгий слегка нахмурился. — Кто писал — понятия не имею. Но сработало. Приедут сюда и по душу градоначальника, и полицию перетрясут.
Я невольно вздрогнула. Если начнут, не разбираясь, наотмашь бить по верхам, Оскару несдобровать. Теперь весь вопрос во времени. Что произойдет раньше — поимка маньяка или рубка голов?.
Я крошечными глотками пила свое кофе, пока журналист расправлялся со снедью, а потом узнавал номер школы, где работала завучем Маргарита Львовна. И примерно через полчаса мы уже парковались возле школы номер 4. Одной из тех, откуда пропала первая девочка два года назад.
— Да, трогательно, — утер скупую мужскую слезу Георгий, дочитав подсунутый ему директрисой некролог. — Я ее представил наяву, словно она передо мной сидит.
