Видение Времени, хрупкие песочные часы, на которые не было наложено никаких защитных чар, упало со стола, сброшенное рукой Кайроза, своего создателя. Артефакт активировался еще в полете, украшения в форме дракончиков ожили, песок засветился.
Звон разбившегося стекла потонул в общем гомоне. А песок, которого было в часах не так уж и много - несколько горстей, не больше, - вдруг взметнулся в воздух, просачиваясь между собравшимися. Этас отмахнулся от лезущей в лицо гадости, привычным движением попытался сотворить щит, забыв об антимагическом поле, и вдруг с удивлением обнаружил, что чары сработали.
Вокруг талассийцев и кирин-торцев, которые почти все были магами, тут же засверкали магические коконы. В толпе и суматохе Этас не видел Сильвану, поэтому смог набросить щит только на Верису. Джайна плела какое-то заклинание ледяной школы, наверно, намереваясь заключить Гарроша и Кайроза в ловушку.
- Еще не заалел! – перекрикивая шум, напомнил Этасу Хаторель.
Рыжий не успел ему ответить. Там, где разбились часы, возник неровный разрыв ткани пространства, куда более грубый, чем порталы Иллидана, и джайнино заклинание в полете изменило траекторию, улетев в темноту. Издевательски машущий всем рукой на прощание Кайроз и ухмыляющийся Адский Крик шагнули в разрыв и исчезли.
Этас вцепился Джайне в плечо.
- Его поймает Бронзовая стая, - закричал он ей на ухо, желая успокоить, но увидеть реакцию на свои слова не успел.
В зале была паника. Кто-то кричал, кто-то бежал, кто-то требовал оружие. Проклятый песок все еще кружил между всеми, мешая видеть происходящее нормально.
На месте беглецов вдруг возникли окруженные песчаным вихрем фигуры. Этас различил высокий силуэт таурена и массивную фигуру дракона, а потом песок опал, и он увидел рядом с ними выходящую вперед Джайну, - еще одну, вторую, Джайну! - сверкающую арканной энергией из глаз. Именно такую – растрепанную, исцарапанную, в испачканной мантии, - он видел уже дважды: в Палатах Воздуха полтора года назад, и здесь, в Храме Белого Тигра в виде проекции, позавчера. Эта Джайна только что видела гибель Терамора.
Чародейка холодно усмехнулась, увидев характерные массивные фигуры ордынцев, и запустила по ним огненным шаром.
А может, это она – мстительная Волшебница, и Этас зря подозревал в безумии Джайну из своего времени? Он послал вестника Траллу: в этой неразберихе его быстро не найти, тем более, что Этас припоминал, будто шаман не присутствовал в зале на заключительной речи Гарроша. «Часы разбиты, в зале суда появилась вторая Джайна, сверкает глазами, нападает на Орду». Не слишком внятно, но некогда было придумывать более четкую формулировку.
Безумный Калесгос-двойник метался по залу, перекрывая обзор, сея еще большую панику и сбивая всех встречных ударами хвоста и крыльев. Слышались стоны и крики о помощи, уже были раненые, а на песке, которые перестал метаться по залу и опал тонким слоем на каменные плиты пола, кое-где были алые пятна крови.
Этас растерялся, не зная, то ли помогать выводить из зала тех, кто не может защитить себя магически, то ли пытаться усмирить дракона, Джайну-двойника и всех остальных, призванных Кайрозом – Этас заметил разъяренного Бейна, облаченного в боевой доспех, и Вол’Джина-дикаря. Потом заставил себя прекратить дергаться. Его задача – следить за Джайной, за обеими ее версиями. Раз Крас писал в пророчестве о ней, значит, ее сверкание глазами может наделать больше бед, чем диверсия Кайроза.
Джайна тем временем решила остановить своего двойника, и теперь сражалась сама с собой. Атаковать рыжий не решался, не зная, как повлияет убийство пришелицы из прошлого на судьбу Азерота и на само Время. Надо просто протянуть время, пока Тралл не успокоит обеих. Невероятно яркая, убийственной концентрации ледяная стрела полетела в сторону настоящей Джайны, и Этас укрыл начальницу коконом из маны, вложив в него побольше энергии. Выдержал.
Расслабляться не следовало, человеческая магичка была опасна, и возможно, арканная магия мана-бомбы сейчас усиливала ее заклинания. Однако следующая атака пришла с другой стороны. Огненный шар прилетел слева и, разделившись в полете на три части, ударил двумя из них по щитам Джайны и Этаса.
Рыжий повернулся к атаковавшему, готовясь ударить Сверхновой, и застыл в удивлении. Син’дорайский чародей, окруженный светящимся щитом из маны, плел что-то огненное. На нем была льдисто-голубая мантия и ало-золотая гербовая накидка с крыльями феникса.
А лицо у него было то, которое Этас уже не одну сотню лет ежедневно видел в зеркале.
Комментарий к Глава 64. Прощение
В главе использованы фрагменты книги Кристи Голден “Военные Преступления”.
========== Глава 65. Двойник ==========
