– Я понимаю, дорогой мой друг, – ответил Александр, пожимая ему руку. Затем он обратился к Инженеру. – Не знаю, месье, каковы в настоящее время ваши виды и возможности на прииске. В отношении нас вы себя проявили джентльменом и человеком сердца. Вы сказали, что надо торопиться. Стало быть, сейчас не время произносить речи. Хотите вместе с нами участвовать в добром дело, а затем по-братски разделить с нами доходы от одного предприятия, с которым тоже надо спешить? Но если у вас там, на прииске, есть дела, которые требуют вашего присутствия, то я говорю вам не «прощайте», а «до свидания». Где бы вы ни находились, помните, что имеете твердые права на нашу благодарность и что мы вам принадлежим телом и душой.
– Вы не поверите, месье, – неторопливо и серьезно ответил Инженер, – как меня трогают ваши теплые слова. Но, к большому моему сожалению, я сегодня присоединиться к вам не могу. Мне нужно вернуться на прииск по двум причинам, и это в ваших же интересах. Во-первых, я должен в меру моих возможностей установить истину и доказать вашу невиновность. Вы не можете жить в состоянии постоянной вражды со здешним народом, в особенности если вам почему-нибудь надо находиться в алмазном районе. Во-вторых, у вас нет оружия. Я вам раздобуду оружие во что бы то ни стало. Завтра ночью вы найдете под этим баньяном три полных комплекта вооружения. Я сам их здесь положу. Не благодарите меня. Я еще сам обращусь к вам за услугой, но потом. Вашу руку, господа, и до свидания.
Он быстро огляделся и пошел берегом, вниз по течению, – то есть в том же направлении, куда ушли люди, пришедшие поглазеть на повешение.
– А теперь, господа, за дело! – сказал Жозеф после минутного молчания.
– Вот наша лодка. Садитесь. Я только привяжу наших крокодилов к корме и сяду с вами… Зуга, весла!
– Вот они.
– Хорошо. Вы готовы?
– Готовы.
– Пошли!
Легкое суденышко, подталкиваемое мощными руками кафра и бушмена, медленно соскользнуло с влажного песка в воду и стало тихо подниматься вверх. Держась все время поближе к берегу, где течение менее быстро, оно не выходило из мрака, образуемого густой прибрежной растительностью.
– Что с Анной? – спросил Альбер, которого не переставала терзать тревога. – Какие у тебя известия?
– Ни хороших, ни плохих, месье Альбер. Фургон, который мы заметили, когда мошенник-англичанин вас арестовал, продолжает плавать, как шлюпка. Мы с Зугой видели его сегодня утром. Нам нельзя было открыто пуститься за ним, чтобы не возбудить подозрения той скотины, которая им правит. Но он не мог уйти далеко. Я надеюсь, мы его скоро найдем. Кроме того, мы не хотели все-таки уходить слишком далеко от вас. Мы решили сделать все возможное, чтобы спасти вас или умереть вместе с вами. Конечно, мы заставили бы дорого заплатить за это! Карай!
– Мой добрый Жозеф! Это так благородно с твоей стороны, но ты сумасшедший.
– Не знаю, благородно ли, а уж насчет того, что я сумасшедший, это еще как сказать! Правда, Зуга?
Не переставая работать веслом, кафр что-то буркнул. Было похоже, что он поддерживает Жозефа.
– Но что бы вы могли сделать? – спросил Александр, которого отвага и решимость Жозефа восхищали, но не удивляли нисколько.
– Я вам охотно все расскажу, потому что нам пока делать нечего. Вы знаете, что наш Зуга хитрей, чем все каталонские контрабандисты, вместе взятые. Вот он и стал учить меня на крокодила.
– Это еще что за чертовщина?
– Очень просто. Наш Зуга прекрасно умеет подражать голосу и всем повадкам крокодила. Он даже использовал свой талант, чтобы произвести небольшую разведку на реке. Он поразительный малый. Сейчас увидите. Да вы и сами скоро будете первоклассными крокодилами. Да, на чем это я, бишь, остановился? Я сказал, что Зуга привел меня в такое местечко, где рока образует заводь и вся сплошь покрыта водяными растениями, так что воды и не видно. И тут Зуга разгреб траву, и я увидел несколько лиан, которые одним концом привязаны к корягам, а сами уходят в воду. Зуга сделал очень милую гримасу в знак удовлетворения. А я подумал: «Это, должно быть, какие-нибудь глубинные удочки. Не иначе, как мой славный Зуга собирается угостить меня ухой». Но хоть мне и было любопытно, я все же решил не расспрашивать. Я давно убедился, что лучше видеть все своими глазами, в особенности здесь. Зуга стал тянуть одну лиану. Я взялся за другую. Вижу – тяжело! Ну, думаю, и рыбка! Тяну, тяну, вдруг что я вижу?.. Нет, угадайте…
– Крокодил? – смеясь, сказал Александр.
– Я и сам так подумал. Но я быстро успокоился, потому что вместо настоящего крокодила я увидел узенькую лодочку, только похожую на крокодила.
– Быть не может!
– Даю вам честное слово. На носу – довольно искусно вырезанная голова крокодила, а корма нагружена глиной, так что лодка имеет низкую посадку.
– Здорово придумано!
– Это еще не все. Главное впереди.
– Я слушаю.
– Вы все хорошо поймете, потому что сами будете крокодилом. Правда, Зуга?
– Правда.
– Наш друг великий мастер в этом деле, но, прямо вам скажу, дело нелегкое. Прежде всего надо лечь в эту душегубку ничком и собственной своей спиной изображать спину каймана.
