– Друзья, – сказал Александр, – только не будем действовать необдуманно. Это значило бы идти на верную, но бесполезную гибель. Вы не проплывете и десяти шагов, как вас завертит течением и унесет к водопаду…
– Что же делать? – встревоженно воскликнул Альбер. – Не будем же мы спокойно любоваться…
– Слушайте меня. Без лишних слов. Альбер, беги посмотри, цела ли наша пирога. А вы, Жозеф, можете вы быстро, в два счета, взобраться на это дерево, с которого свисают лианы?
– Могу. Что еще?
– Вот вам мой нож. Доберитесь до вершины, срежьте две-три лианы и немедленно спускайтесь вниз.
– Карай! Лезу. Сейчас увидите…
Несколько секунд – и он исчез в густой листве, мокрой от водяной пыли, которая неслась с водопада.
– Мужайтесь, ребята! – крикнул Александр неграм по-английски. – Сейчас мы вам поможем!
Три срезанные Жозефом лианы, тонкие, но крепкие, как канаты, извиваясь упали на землю.
Тут бегом вернулся Альбер. Он был в отчаянии.
– Пирога выбыла из строя! – кричал он издали, – Гиппопотам перекусил борт. Открылась течь в двух местах.
– Я так и думал, – хладнокровно ответил Александр. – Поэтому-то я и приказал Жозефу поискать на всякий случай канат. Эй, Жозеф, слезайте, друг мой!
– Есть, месье Александр! – ответил каталонец, соскальзывая вниз между лианами, как марсовой между снастями.
– Ну вот! А теперь моя очередь действовать. Ты, Альбер, хорошенько обвяжи меня под мышками одной из этих лиан. Затем, по мере того как я буду отплывать от берега, потихоньку разматывай их. Когда первая кончится, привяжи к ней вторую. Вы, мастер Виль, возьмите карабин и смотрите в оба. Не исключено, что я опять напорюсь на гиппопотама. Тогда вы стреляете.
– Ну нет, месье Александр, – горячо перебил его Жозеф, – не допущу я, чтобы вы тут изображали ньюфаундлендскую собаку! Я сам вытащу негров.
– А я? – сказал Альбер. – Неужели ты думаешь, я буду сидеть и плести веревки, когда ты рискуешь переломать себе все кости?
– Оставь, Альбер.
– Да ни в коем случае!
– Давайте я вас помирю, господа, – вставил Жозеф. – Вы, месье Альбер, должны себя сохранить ради мадам Анны. У вас, месье Александр, есть мать. А у меня нет никого. Я уже рисковал своими костями по менее важному поводу, и не позже как сегодня утром. Так что нечего тут – я ныряю.
– Ладно! – сказал Александр. – Если мы слишком долго будем соревноваться в великодушии, это кончится плохо для тех двух бедняг. Идите, Жозеф. Это добрый поступок, и я буду у вас в долгу.
– Карай! Месье Александр, я вам верю. Раз, два…
Смелый каталонец бросился в волны, и они разбились в сверкающую пыль. Затем он стал сильно грести руками и поплыл к тому месту, где выбивались из сил истощенные борьбой негры. А течение все ломало и ломало обломки их плота. Несмотря на прилив энергии, которую им теперь подавала надежда на спасение, они уже с трудом держались.
Крик ужаса вырвался у Альбера и Александра, когда они увидели, что последний обломок плота разбился о скалу. Вся самоотверженность Жозефа становилась излишней. Но нет. К счастью, два бревна задержались, и утопающие смогли за них ухватиться.
Тут подоспел Жозеф. Он уже дышал тяжело, как кит.
– Ничего, ребята! Смелей! – весело кричал он. – Еще капельку продержитесь! Только за меня не хвататься, а то будет плохо. Постой-ка, да они не отвечают! Уж не померли ли они? Карай! Да они стали пепельного цвета… Это со страху! Ну, давайте!..
Он схватил их обоих за волосы и поплыл обратно. По счастью, течение благоприятствовало ему. Если бы надо было плыть вверх, то, несмотря на всю свою смелость и ловкость, Жозеф пошел бы ко дну вместе с обоими спасенными. А теперь его несло к островку, да еще Альбер и Александр крепко держали в руках лианы на случай, если бы его стало относить в сторону. Трудно было, однако, держаться на воде, и Жозеф не без тревоги думал, как ему быть с обоими неграми: они стали беспомощны, как два покойника.
Грохот водопада мешал ему слышать советы Александра и Альбера, а те не знали, что негры лишились чувств, и все кричали им, чтобы они обвязались лианой. Одно из двух бревен, уцелевших от плота, давно унесло водой. Осталось еще одно, последнее. К счастью, дерево было очень пористое.
Не найдя другого выхода, Жозеф крепко обхватил бревно ногами и поплыл, не выпуская из рук густые волосы негров.
Альбер и Александр, не зная, насколько прочна лиана, с ужасом наблюдали этот маневр. Если лиана оборвется, все трое неминуемо погибнут!
Но такой героизм не мог не быть вознагражден. Три человека неслись, их бросало и кружило, но лиана держала крепко, и в конце концов Жозеф, изнуренный и задыхающийся, подплыл к берегу вместе с двумя африканцами, все еще находившимися в глубоком обмороке.
Но тут он и сам лишился чувств.
Негры были не из тех слабеньких существ, которые часто падают в обморок. Когда они перестали захлебываться и Альбер с Александром принялись их растирать, они вскоре начали шевелить руками и ногами, широко раскрыли свои фарфоровые глаза и оба одновременно громко чихнули, что доказывало вполне благополучное состояние всех их органов.
