Крик махнул в направлении коридора и достал из подлокотника кресла лист бумаги. Сложив его несколько раз, он стал подсовывать получившийся свёрток под ножку качающегося журнального столика, за которым они сидели. Вернувшись, Андрей обнаружил перед своим местом целую дюжину тарелок с лёгкими закусками. Посередине, как Эйфелева башня, возвышался замысловатый графинчик с жидкостью благородного янтарного цвета. По крупному пористому носу хозяина гость понял, что отказавшись, он наживёт себе врага.
Целых полчаса Андрей выслушивал, какие замечательные у профессора горничная и кухарка, а также дегустировал все эти паштеты, террины, крокеты и бризоли. Коньяк, как утверждал хозяин, двадцатипятилетней выдержки, оказался в таком окружении к месту. Только перейдя к кофе, Крик опять поднял тему экспедиции.
– Вся жизнь пошла не по тем рельсам, когда я заявил, что мысли о планете мне внушили. Но я и сейчас утверждаю, что это так. В наш век, когда человека можно разобрать на составляющие, а затем опять собрать, когда всё существование живого объяснено, обосновано и доказано, люди продолжают верить в Бога. И над ними никто не смеётся. А я верю в инопланетян! Почему же я смешон?
Только теперь Андрей понял, зачем был нужен коньяк. Без трёх рюмок учёный не решался произнести то, что говорил сейчас.
– Да, они выбрали меня. Смешно. А кого им было выбирать? Этого… А, ладно. Да, пророков слышат не всегда. Но я же не требую поклонения, почестей. Всего-то – проверить всё досконально…
Профессор опять замолчал. Андрей, чувствуя огромное душевное напряжение собеседника, боялся пошевелиться.
– Ну да ладно – учёный махнул рукой – вернёмся к нашей теме. Так вот, молодой человек, я утверждаю, что на Мируме есть Разум.
Командор в своё время ознакомился с этой теорией. Не став изображать фальшивое изумление, он продолжал внимательно смотреть на Крика.
– Это они, понимаете, они внушили мне всё. Они владеют гипнозом, телепатией и огромным, просто чудовищным объёмом знаний.
– Почему же тогда они не могут летать к звёздам, как мы?
– Вы думаете по шаблону, как мои критики. Им я не отвечал. Разве подобные кретины способны это понять? Да, честно говоря, я сам тогда этого ещё до конца не понимал. Теперь же я знаю, точнее сказать, догадываюсь почему. Но, чтобы вы поняли мысль, я отвечу позже. Задавайте ещё ваши каверзные вопросы.
Один из ведущих космологов профессор Крик и практикующий планетолог капитан-командор Гребнев разговаривали уже несколько часов, а объём и важность проблем, которые нужно обсудить, только увеличивались.
– Как же они преодолели гиперпространство?
– Вот вы сразу бьёте в самое уязвимое место. Не спрашивайте, не знаю. Но отсутствие доказательства не является доказательством отсутствия.
– Автоматический разведчик ничего на планете не нашёл.
– Я знал, что так и будет.
– Вы тоже думаете, что они обманули наши сканеры?
– Нет. Не вижу причин для этого… Хотя… надо учитывать, что у них другой образ мышления, склад ума. Другая логика, цели, приоритеты.
Профессор достал из кармана сигару и чиркнул зажигалкой. Курение на планете запретили более ста лет назад. Где Крик ухитрился взять сигары – загадка. Запах табака оказался резким, но приятным. Через минуту он успел надоесть и начал раздражать. Однако Андрей терпел, ему очень нужна была эта информация.
– Но, скорее всего, их нет.
– Кого? – не понял капитан, подумав, что из-за запаха табака потерял нить.
– Инопланетян.
– Как? Вы же говорили…
– Да, Разум есть, а оболочки нет.
– Разве так бывает?
– Возможно, мои умозаключения покажутся странными, поэтому не буду их оглашать, но вот к такому выводу я пришёл. Теперь понимаете, почему они к нам не прилетели?
Ошарашенный, капитан лихорадочно соображал. Такое простое, но неожиданное решение увязывало множество неясных вопросов, и Гребнев не знал, какой из них задать. Андрею даже стало стыдно, что он сам не додумался до столь простого вывода. Машинально, без всякой цели, он стал проверять, в порядке ли его костюм, и, после долгой паузы выдал:
– Значит, они были у нас, но в виде мысли?
– Не знаю. Мы вообще не знаем, что такое Разум. Для нас он нематериален, а на самом деле… Может, они живут в другом пространстве или измерении. Не в параллельном, а в другом, с другими характеристиками. И вот, как мы недавно научились преодолевать гиперпространство, так они могут проникать из своего в наше, но не в материальном виде, а как некая субстанция. Я не знаю, на что это похоже и с чем сравнить. Из нашего мира наиболее близки такие понятия, как дух, душа, мысль.
– Тогда почему они больше не появлялись?
– Не знаю. Причин множество. Например, я неправ, и на самом деле они материальны, а к нам проникла только мысль, которую они научились транслировать.
– Значит, они телепаты. Тогда с ними трудно будет договориться.
Профессор расплющил остатки сигары в пепельнице и, то ли разгоняя дым, то ли выражая несогласие, отмахнулся.
