— Если ты с этим ранее не сталкивалась, то могла и не понять.
Он повернулся так, что стена оказалась за его спиной, а лицом повернулся с обеденному залу.
— Значит, кто бы ни был в коридоре, он следил за тобой, а не за ней. — Во время разговора Арик взглядом обыскивал комнату. — Я думаю, наш секрет о тебе раскрыт.
— По поводу этого. Помнишь, ты говорил никому не доверять? Я должна быть уверена, что ты честен…
Я затихла, пытаясь придумать способ, как попросить его дать мне образец крови.
— У меня было множество возможностей тебя убить. Если бы я хотел, то мог бы сделать это даже в твоей спальне. — Он одарил меня озорной улыбкой, наталкивая на мысль, что он вспоминает мою скудную камисоль. Мои щеки запылали еще больше. — Ты можешь мне доверять.
Он прав. У него было множество возможностей разделаться со мной. Я собралась с духом.
— Ну, мне нужно немного твоей…
Отвратительно. Кровь пугала меня до ужаса. На курсе оказания первой помощи нас учили использовать перчатки, чтобы не подхватить болезни. Сейчас я стану официальным лаборантом в убежище — и никаких перчаток.
— Да вываливай уже. Что тебе нужно?
Какая ирония! Главное самой никуда не вывалиться.
— Мне нужна капелька твоей крови.
— Я так понимаю, старый добрый профессор нашел твой шар. Я впечатлен. Существовало поверье, что шаров правды больше нет. — Он повернулся спиной к залу. — Подойди ко мне поближе.
Я была вовсе не против. И подбежала к нему.
Он достал нож из внутреннего кармана своей куртки. Мы стояли плечо к плечу. Отвернулись, чтобы оградить остальных от этого зрелища. Он уколол свой указательный палец кончиком ножа и схватил меня за руку.
Живот выворачивало от вида малиновой полоски, которую он размазал на моей ладони. Задержав дыхание, я провела ритуал выявления правды. Когда Арик в шаре сказал, что честен, я выдохнула весь воздух, который держала в легких.
Схватилась за стенку, пытаясь найти опору. Свет проплывал в пределах зрения. Руки и ноги дрожали. Мышцы вели себя так, как после безумной тренировки.
— Ты в порядке, Джиа?
— Да, со мной все будет хорошо, — сказала я. — Прости. Мне надо пойти помыть руки.
Арик проводил меня к уборной. Я отдала ему куртку, прежде чем зайти. Уставившись на засыхающую на моей ладони кровь Арика, я успокоила себя тем, что он был на моей стороне, но мне так отчаянно надо было узнать больше о нем и Вероник. После того, как проверила все кабинки, убедившись, что я здесь одна, подошла к раковине.
— Mostrami la verit`a, - сказала я. — Покажи мне правду об Арике и Вероник.
Я почти уронила шар, когда тот показал двух целующихся в, должно быть, его комнате. Такой пылкий поцелуй вел ко многим другим вещам. Пожалуйста, прекратите, я взмолилась у себя в голове. Так, будто кто-то услышал мою просьбу, громкий стук в дверь комнаты раздался в шаре.
— Арик? — слабый мужской голос раздавался из-за двери. — Что вы там вдвоем делаете?
Арик оторвался от Вероник. Его голос в шаре был очень высок.
— Блин, это Демос… Мы не можем… правила.
Она вновь прильнула к его губам и пробормотала:
— Плевать на правила.
Постучали громче.
— Идем, Мерл в коридоре, — окликнул женский голос, я его узнала. Лея?
Шар выскользнул из моих рук и приземлился на край раковины. Ахх. Какая же ты глупая, Джиа? Парням вроде Арика не нравятся девчонки вроде тебя.
Это было безумием, думать, что такое возможно. Я даже и близко не стою к Вероник, не говоря о привлекательности. Никакого соревнования. Конец игры.
Я вымыла свою ладонь под обжигающей водой. Когда высушила руки, Вероник вошла в уборную. Ее бедра качались из стороны в сторону, в то время как она цокала острыми высокими каблучками.
— Что ж, забавно встретить тебя здесь, не думаешь?
— Нет. Я имею в виду, конечно, забей, — я попыталась пройти мимо нее. — Извини.
Она устремила на меня свой взгляд.
— Как ты адаптируешься в убежище?
— Кажется, хорошо, — я ответила, чувствуя себя неловко из-за тревоги на ее лице. Или испытывая вину за то, что она мне не понравилась, после того, как я увидела ее с Ариком в том шаре.
— Если понадобится, я рада помочь.
Она улыбнулась и провела кисточкой с блеском по губам, окрашивая их в красный цвет.
Когда я вышла, Арик стоял, облокотившись о стену. Его улыбка померкла, и он подбежал ко мне.
— Что такое? Что-то случилось?
Я опустила глаза.
— Я не понимаю. Зачем ты сказал, что я тебе нравлюсь, если ты уже с кем-то встречаешься?
— Прошу прощения? — спросил он.
Мой взгляд нашел его.
— Вероник?
Он ничего не говорил в течение нескольких стремительных ударов сердца. Ничего до тех пор, пока озадаченное выражение его лица не сменилось на что-то похожее на понимание. Затем он улыбнулся.
— Между нами ничего нет, но, как я вижу, у тебя уже сложилось определенное мнение обо мне. Может будет лучше, если мы закончим на этой ноте. Я провожу тебя до твоего места.
— Конечно. Хорошо. Но я и сама могу дойти.
Я направилась в обеденный зал, хорошо осознавая, что Арик следует за мной.
Он пошел за мной до самого столика, и я избегала зрительно контакта, когда он помог мне сесть.
— Спасибо, — сказала я уже сидя.
