— Нет, я надевала униформа — синий штаны такой, — показала руками, как комбинезон. — Для меня делали. Я продавать больших машин на выставках. Димострате. Маленькая женщина и большие машины. Люди покупать — нравится. Они думают — это лёгкая работа. И покупают.
— Ты умеешь работать на кране и экскаваторе?
— Я умею делать… фокус…? Большой машина делать очень маленькие вещи. Большой вещи тоже умею.
Хм, охренеть, какой подарок мне достался… Хорош, однако — не до того пока, удивляться потом будем…
— Иван, водить грузовик можешь?
— Легко.
— Тогда мы с Норой едем на нашей машине на локалку: я снимаю мины, Нора страхует. Вы подтягивайтесь туда, как сумеете. Заодно тогда краном завал растащим. В кузове у тебя — стропы, крюки: северяне хорошо подготовились, спасибо…
Человек может вечно смотреть на три вещи — как горит огонь, как течёт вода, и как другие работают. Свою работу мы с Норой сделали быстро, благо, не много курд намудрил. Вот и смотрим. Скво — профи, без сомнения. А Иван сноровисто работает стропальщиком. Говорит, что к погрузке-разгрузке БДК их постоянно привлекали, научился. Вдвоём они за час все деревья завала разобрали и аккуратно сложили рядом.
— Что делаем дальше, шеф? Станки грузим — и на базу?
— Нет, Ваня, грузим, но не станки. Сейчас закидываем к тебе в кузов мотоциклы, у нас теперь транспортных средств больше, чем водителей. А потом — кто по деревьям хорошо умеет лазить? Если забраться на дерево на вершине холма, может, удастся что-то интересное рассмотреть. Нам дорогу надо бы найти. На базу всё это хозяйство затаскивать смысла нет, там дальше — тупик. Надо искать, куда можно уехать. Может, сверху виднее будет.
Сандра смотрит на меня, как на… ну, не совсем полноценного.
— Зачем дерево? Есть кран. Стрела больше дерева. Сейчас заеду, где радио ловили. Крюком подниму, только привязаться хорошо.
— Я тогда наверх, — это Нора. — Мне привычнее, и Демон с Гоблином меня учили, на что смотреть. Надо только подвеску удобную сделать.
— Есть на что снимать? Тщательно, всю панораму, потом ещё в спокойной обстановке рассмотрим. Давайте тогда, девушки, аккуратно нарушайте технику безопасности, работайте. Потом — на базу, свяжемся со своими, послушаем, что нам скажут. А с утра тогда в грузовик закинем самое ценное и уйдём из тупика. На самый крайний случай — в лесу спрячем. Ну, а я заминирую всё так, чтобы они зареклись сюда соваться.
— Чем минировать-то, Андрей Владимирович? Гранат сколько осталось?
— Ваня, мина работает самим фактом своего наличия. Где-то здесь есть, а попробуй найди, если нет подготовки. А минировать чем… Гранат у нас — шесть штук, зато патронов дофига. И проволоки, и шнура тоже. Если будет пару сработок — они год будут разбираться, что я им тут накручу. И причал тот тоже малость… усовершенствую. Ещё бы табличек наделать — «Внимание, мины!». Работает не хуже, чем сама мина.
— Я сделаю, — сказала Нора. А на немецком можно писать?
— А что значит — патронов дофига? Что, порох с них натрусить?
— Ваня, патрон умеет стрелять вверх. На метр — и хватит. Но — через ногу. Если его вставить в коротенькую трубочку. А снизу присобачить гвоздь на боек. Труб на складе много. Завтра посмотрим, есть ли инструмент, чем быстро сделать. Всё, погнали на базу. Смотрю на девушек, и вижу, что они просто жаждут нас накормить. Тем, что ты им принесёшь…
Через Берлин связались напрямую с Главным. Получили достаточно внятное указание: прикинуться ветошью, никуда не лезть, своё присутствие не обозначать. Спи…риватизированную технику спрятать так, чтобы никто найти не сумел, после завершения минирования приготовиться к эвакуации, уходить тем же путём — лодкой. И не обсуждается. Три дня — тот максимум, что сумел выторговать: взрывоопасные, мол, предметы, тщательно надо.
После ужина и чая расселись под аккумуляторным светильником.
— Ну, Нора, рассказывай, что разглядела.
— На фото главного не увидим, расстояния не передаёт, сплюснуто всё… Но если глазами смотреть, то на востоке, возможно, есть ещё одна дорога. На северо-восток, примерно, если мысленно продолжить — она должна выйти к Шпрее, если ещё дальше — к Аддис-Абебе. По Шпрее далеко вверх мы никогда не поднимались, что там — неизвестно. Дорога, если она действительно есть, начнётся от продолжения той дороги, по которой мы к месту причаливания подъезжали, километров через десять-двенадцать.
И в ту же сторону, скорее всего, — есть локалка. Слишком эта поляна выделяется из общего вида. Там ещё три полянки просматриваются, но одна — очень явная. Только как её найти — непонятно. Кроки я накидаю сейчас, азимут засекла, но дальность — очень приблизительно. Да и с дороги, если она там есть, вход не должен быть виден. Никаких признаков присутствия человека — не заметила.
— Всё, народ, давайте укладываться. Утро вечера мудренее. Ваня, мой спальник бери. Синьорита не может одна спать…