25
1-му батальону оборонять Дубовик, 3-му — Кнубрь — М. Быстрицу.
2-му батальону, выслав роту в Шахово для связи с 3-м Марковским полком, — на Нестерево — Лысовку и хутор Ново-Троицкий. Офицерский батальон, две роты 1-го Корниловского Ударного полка и команда пеших разведчиков — за 3-м батальоном, по дороге на Путимец — Козлов. При наступлении выяснено, что на фронте Паньково (Сучки) — хутор Ново-Троицкий латышские стрелки, смененные 1-м Киевским и 1-м Фастовским полками, ушли в неизвестном направлении. Несмотря на упорное сопротивление 1-го Киевского и 1-го Фастовского полков, они были сбиты. Полк занял указанный приказом фронт. Слева — Черноморский конный дивизион, в деревне Шумаково. Связи с Марковским полком нет. Наступление на Кромы не удалось.
Бои Корниловской Ударной дивизии с 21 по 27 октября. Со взятием Орла Красная армия направляется: ударная группа (Латышская стрелковая дивизия, отдельная стрелковая бригада, содействующие им части 7-й стрелковой дивизии и кавалерийская дивизия Червонного казачества) на город Фатеж; эстонская стрелковая дивизия на город Малоархангельск; 9-я стрелковая дивизия на Ливны. На фронте Корниловской Ударной дивизии событие: приехал командующий Добровольческой армией генерал Май-Маевский. Состоялся даже парад около железной дороги, но, несмотря на обычную для генерала лихость — устроить смотр войскам под огнем противника, — встреча ему была прохладной. Его уверения об окружении противника были приняты за плохой анекдот, не помогло ему и его хлесткое выражение: «До свидания в Туле!» Расходились части с парада в подавленном настроении от вида закатившейся звезды когда-то блестящего боевого генерала. Прямо с парада части пошли на свои участки. Катившийся вал красных, уверенный в разгроме нашей дивизии, всюду был отброшен.
23 октября город Новосиль был оставлен алексеевцами, а 24-го сдан Воронеж. Оба фланга корниловцев по-старому висят в тревожной неизвестности. 1-й Корниловский Ударный полк все время идет по линии железной дороги своими основными силами в резерве дивизии, оставляя отдельные роты для отбрасывания противника, 3-й и 2-й Корниловские полки отбрасывают латышскую и эстонскую дивизии на запад, 3-й полк здесь впервые имеет дело с эстонской дивизией, несет 400 человек потерь, но удерживает свои позиции до общего нового отхода 27 октября. 2-й полк своим 1-м батальоном до отхода удерживает на своем правом фланге бешеные атаки эстонской дивизии и отдельной стрелковой бригады с севера и запада. Остальные же его три батальона сами атакуют красных в западном направлении и доходят, правда с большими потерями, до реки Ока. В это время, 23 и 24 октября, два батальона 3-го Марковского пехотного полка с юга, от станции Дьячья, почти без боя занимают город Кромы, но красные бросают против них освободившуюся после занятия Орла 3-ю Латышскую бригаду, и марковцы отходят на станцию Дьячья. Очевидно, на параде генерал Май-Маевский и говорил про этот удар на Кромы, но все это оказалось мыльным пузырем, и наш штаб дивизии оказался прав, прося об ударе дивизии на ударную советскую группу в момент, когда эстонская стрелковая дивизия находилась в 45 верстах от Орла, — тогда успех разгрома основной ударной советской группы был бы обеспечен. Несмотря на то что 2-й и 3-й Корниловские полки успешно отбрасывали противника и окружения не произошло, но превосходство в силах у красных дало им возможность через Кромы сделать новую попытку: ударом на Фатеж и Поныри отрезать нам путь отступления на Курск. 26 октября дроздовцы оставили город Дмитровск, который от левого фланга дивизии находился в 62 верстах. Все это вынудило дивизию к новому отходу 27 октября.
