Вскоре выяснилось, что китайцы попытались высадить десант на лодках прямо на первый пост, но были отбиты. Больше каких-либо значимых событий в этот день не произошло. Наши орудия, расстреляв по два боекомплекта, прекратили огонь. С той стороны ответного огня не было. Народ в Сахаляне занимался тушением пожаров. Видя такую картину, полицмейстер к вечеру издал распоряжение, чтобы горожане имели не меньше двух десятиведерных бочек с водой рядом с домом.
Данное распоряжение уже было кому читать на городских досках и тумбах. Очистка Благовещенска от китайцев, приход новых войск, удачный артиллерийский обстрел Сахаляна, уничтожение вражеского десанта на первом посту, всё это вытеснило страх перед маньчжурами в душах горожан, и они начали возвращаться в город. Когда шёл в резиденцию губернатора на вечернее совещание видел, как на Большой и Зейской улице большими группами, прячась за домами, стояли жители и наблюдали за противоположным берегом.
Следующий день отметился большой стычкой на первом посту. Ранним утром до города докатилась орудийная канонада со стороны Айгуня. На противоположном берегу напротив Благовещенска в траншеях замелькали маньчжуры и китайцы. Затрещали первые выстрелы. Они-то и разбудили меня. Посмотрев на часы, определил, что после ночного обхода позиций поспал четыре часа. Маловато, но сойдёт. Поднялся на бруствер и приник к биноклю.
«Судя по всему, десанта от Сахаляня не будет. Какие-либо плавсредства у противоположного берега не наблюдаются», — подумал я и посмотрел вниз по течению. Ничего не увидел, но канонада в той стороне усилилась.
Около восьми часов за мной прибыл посыльный от губернатора. Прибыв в резиденцию, на совещании узнал, что в городе вновь паника. Кто-то распустил слухи, что маньчжурские войска и ихэтуани обходят город по Зее и скоро можно ожидать удара с тыла со стороны Астрахановки и Чигирей, а также китайцы переправились выше станицы Верхне-Благовещенской и идут на город.
— Господа, с учетом сложившейся обстановки, я принял решение ввести в городе и Амурской области военное положение, — поднявшийся из-за стола Грибский обвел участников совещания тяжёлым взглядом.
В этот момент в дверь кабинета постучали, а потом заглянул адъютант губернатора и произнёс:
— Ваше превосходительство, прошу прощения, но прибыл посыльный от полковника Гинейко.
— Зовите.
— Ваше превосходительство, господа, сегодня ночью отряд китайских солдат, ориентировочно в количестве около двух тысяч человек, тайно переправился через Амур ниже первого поста и скрытно занял позиции в трёхстах саженях от восточной стены поста, — молодой подпоручик в обгоревшем и грязном мундире, пошатываясь, стоял у двери и сиплым голосом вёл доклад. — Когда на рассвете отряд дружинников в количества ста человек и обоз с провиантом и боеприпасами двинулся по дороге в сторону второго поста, китайцы из засады открыли огонь. Ополченцы не выдержала такого удара, и начали разбегаться кто-куда. Обоз повернул обратно и направился в сторону города. Оставшиеся на посту солдаты и дружинники, несмотря на то, что еще спали, смогли организовать отпор только из-за того, что казачья сотня, которая должна была сопровождать обоз, под командованием полковника Гинейко нанесла удар во фланг китайцам.
Поручик закашлялся. Подполковник Орфенов налил из графина воды, а подпоручик, хромая, сделал три шага к столу и, взяв стакан из рук коменданта, залпом выпил его.
— Прошу прощения, Ваше превосходительство, жара и пыль.
— Если требуется, попейте ещё, господин поручик и продолжайте.
Воспользовавшись разрешением, подпоручик выпил уже не сильно торопясь второй стакан и продолжил.
— Маньчжуры, не смотря на то, что их сильно потрепали казаки, при поддержке пяти легких дульнозарядных пушек начали атаку поста. Первыми не выдержали дружинники и побежали вслед за обозом. Солдаты продолжали стойко отстреливаться, пока не был ранен ротный командир поручик Басов. Я смог лишь организовать отход роты, — подпоручик повинно опустил голову и уставился на носки своих пыльных сапог.
— Что делал полковник Гинейко, — строго спросил губернатор.
— Казимир Гаврилович возглавил атаку казаков, Ваше превосходительство, а потом пытался остановить ополченцев, но те бежали, как зайцы. Боясь полного окружения превосходящими силами, господин полковник приказал отступать к перевозу, а меня послал к Вам с докладом.
— Сколько говорите, китайских войск переправилось?
— Около двух тысяч Ваше превосходительство. Но сейчас их значительно меньше осталось. Мы даже одну пушку у них отбить смогли. Правда, бронзовое старье.
— Как скоро отряд прибудет к перевозу?
— Через час или чуть больше. Всё зависит от того, как будут нападать китайцы.
Дальше последовали указания от губернатора подполковнику Орфёнову создать резервный отряд в составе двух взводов стрелков и пяти пулемётных расчетов, который направить к перевозу. Также направить туда двести ополченцев. К перевозу подогнать вооруженные и блиндированные пароходы «Селенга» и «Газимур». Командовать этой солянкой генерал Грибский назначил меня.
