И снова быстрый ответ Милька не дал мне времени как следует разозлиться.
– Это все потому, что ты слишком часто работаешь руками, не оставляя себе времени поработать головой хоть иногда. – Тут я подумал, что Мильк все-таки смелый паренек. – Скажи, Гиеагр, ты обратил внимание, что сейчас мы находимся прямо перед северными воротами Джибея?
– Трудно было не обратить внимания, учитывая, что именно к ним мы и направлялись, – огрызнулся Гиеагр.
– Прекрасно! – Мильк всплеснул руками. – Тогда возьми себе труд подумать, куда направлялись
– Хватит болтать, Мильк! – перебил парня Гиеагр, скривив губы в усмешке. – Я давно понял, что ты имеешь в виду, но тебе слишком нравится слушать самого себя.
– Дорога в Проклятые Земли! – ничуть не смутившись, продолжил Мильк. – Хотя «дорога» – это весьма условно… Дорога – это то, по чему передвигаются люди. А в Проклятые Земли не ходит никто. Ты сам мог убедиться, какого успеха мы добились, пытаясь найти провожатых.
– Ты предлагаешь… – начал было Гиеагр, но Мильк в который раз не дал ему договорить.
– Конечно! Я хочу просить этих достойных людей сопроводить нас в Проклятые Земли. Если, разумеется, я не ошибся и они в самом деле направляются именно туда. Сколь бы мало они ни знали про дорогу, это все равно больше того, что знаем мы. Тебе бы следовало, Гиеагр, предложить оплату этих услуг, а никак не пытаться убить тех, кто может быть нам полезен.
Гиеагр наморщил лоб, потер ладонью переносицу, после чего выжидающе посмотрел на меня. Очевидно, просить – это явно не в его стиле.
Впрочем, мне было наплевать на любые его слова – я лихорадочно размышлял, пытаясь взвесить все за и против. Меня очень интересовало, что понадобилось в Проклятых Землях самим варварам, но об этом я могу разузнать и позже. А вот что делать мне…
Я могу отказаться – и мы пойдем каждый своей дорогой. Расстанемся мы в таком случае врагами. А такой враг, встреться он случайно на пути в Проклятые Земли…
Я могу согласиться – и мы пойдем вместе. По крайней мере, какое-то время. При всех очевидных минусах есть и несомненный плюс: варвар неплохой инструмент для устранения с пути разного рода опасностей.
– Сколько вы готовы заплатить? – спросил я, одновременно и признавая, что наш путь лежит в Проклятые Земли, и соглашаясь поработать проводником.
Это может показаться странным, но цена меня интересовала в последнюю очередь. Однако же, не прояви я меркантильного интереса, это вызвало бы явные подозрения у моих новых работодателей.
Я даже поторговался немного. Впрочем, наш короткий диалог сложно назвать торгом – варвар согласился на первое же мое встречное предложение, и я еще не видел ни у кого столь презрительного выражения лица, когда речь шла о пятистах дзангах. Две сотни я получил в виде задатка.
Если бы Непосвященные и не сказали, что побывали на всех Землях Зодиака, я смог бы догадаться об этом, глядя на монеты, украшенные скорпионом, овном, весами… Дзангов с Земли тельцов среди них не было. Либо это было просто совпадение, либо Гиеагр умышленно избегал платы этими монетами, дабы не обострять более ситуацию, смирившись с тем, что я могу быть ему полезен. Во втором случае я вынужден отдать должное хитрости гиганта.
После этого, отдав дзанги на сохранение Эписанфу, – мои карманы не предназначены для хранения такого количества денег – я подошел к телу Глаза.
– Прощай, дружище, – прошептал я одними губами, коснувшись ладонью скорпиона на лбу. – Иногда ты выводил меня из себя своей тупостью, иногда доставал меня всеми возможными средствами, пару раз мы были на волосок от того, чтобы прикончить друг друга… В защиту нашей дружбы я могу сказать только одно: я никогда не ждал от тебя удара в спину. Но пусть кто-нибудь посмеет сказать, что этого мало.
– Эписанф, – сказал я, не оборачиваясь. – Ты поможешь мне сложить последний костер для Глаза?
Просить о помощи новых знакомых мне не хотелось.
– Подожди, Бурдюк, – услышал я и от неожиданности выронил кинжал. Голос был женский. Говорила, безусловно, Лаита, больше некому. И говорила на самом чистом настоящем языке, который я когда-либо слышал.
Лаита подошла к нам, села возле Глаза на колени и коснулась его лица тыльной стороной ладони.
– Зачем ты хочешь сжечь своего друга заживо?
Это, пожалуй, было уже чересчур. Еще совсем недавно я демонстрировал неплохую реакцию, отбиваясь от сыпавшихся на меня со всех сторон ударов. Сейчас же ситуация менялась так стремительно, что все, на что я оказался способен, это глубокомысленный вопрос:
– А?..
– Глаз жив, Бурдюк. – Лаита, похоже, сжалилась надо мной. – Принеси воды.
Простая и ясная команда – вот именно то, что мне сейчас требовалось. Не думая вообще ни о чем, я ринулся к брошенной мной перед боем сумке, достал флягу с водой и положил перед рабыней.
