Поход Суворова в 1799 г. полностью

Поход Суворова в Италию и Швейцарию в 1799 г. представляет огромный интерес, а между тем многое, относящееся к этому замечательному событию, остается до сих пор мало разработанным; иностранные архивы (напр., Парижский) почти не тронуты. Давно уже занимаясь исследованием боевых подвигов Суворова, я с крайним любопытством принялся за чтение случайно попавшейся мне старинной рукописи Грязева, служившего в Московском гренадерском полку при Екатерине II и Павле I.

Рукопись, в четвертку, переплетена в 2 тома, носит название «Мой журнал» и заключает подробный дневник с 1793 по 1800 г.

Грязев родился в 1772 г. в Калуге, в 1774 г. (ему было всего один год и 5 месяцев) записан в армейскую службу (по обычаю того времени, «якобы под Браиловым») в Московский гренадерский полк, в 1781 г. переведен в Преображенский полк подпрапорщиком, в 1787 г. в Семеновский – каптенармусом, в 1791 г. произведен в сержанты и поступил на действительную службу так называемым «уборным». 1 января 1793 г. произведен в поручики армии в Белозерский мушкетерский полк, а в сентябре переведен в Московский гренадерский полк, с которым отправился в 1799 г. уже в чине капитана.

Грязев – весьма образованный по тому времени и наблюдательный человек, а потому его записки имеют значение ценного исторического документа. Следовало бы напечатать их целиком, но тогда книга послужила бы только специалистам или любителям старины; масса подробностей («купил рыжую кобылу», «променял рыжую кобылу на серого мерина»), длинных сантиментальных рассуждений и возгласов, отсутствие общего описания исторических событий сделали бы сочинение скучным и малопонятным для массы читателей. Вот почему я переработал «журнал» Грязева в ряд очерков о походе 1799 года с объяснением общей обстановки; выдержки из «журнала» приведены без всяких изменений, в кавычках.

Генерального Штаба полковник Н.А. Орлов. СПб., 1898

Александр Васильевич в начале 1799 года, проезжая из Петербурга в Вену, для начальствования в Италии соединенною армиею, прибыл в Вильно; остановился пред гауптвахтою и, не выходя из экипажа своего, принял рапорт от полкового начальника Фанагорийского гренадерского полка, квартировавшего в городе, полковника Языкова. С ним были все наличные штаб- и обер-офицеры, был военный генерал-губернатор, все гражданские чиновники; было много стариков гренадер этого полка и множество жителей всякого звания. Всякий желал видеть великого, и всякий по-своему приветствовал его. Александр Васильевич спросил Языкова: «А есть ли тут мои старые фанагорийцы?» «Есть, Ваше сиятельство!» – сказал полковник и махнул им приблизиться. Человек около пятидесяти стариков, рослых, седоволосых усачей, питомцев незабвенного, подвигнулись к экипажу и в один голос с душевною любовью вскрикнули: «Отец!., батюшка!., здравствуй!! Здравия желаем, отец Александр Васильевич!!» – и пр. и пр. Александр Васильевич, взглянув на них, сказать изволил: «Здравствуйте, чудо-богатыри!.. Русские витязи!., мои друзья милые!., здравствуйте! а?? — Кабанов? — Кирилов! — здравствуйте!» и всех называл по имени и прозванию; подзывая из лучших к себе, целовал и приветствовал словом ласковым. «Ваше сиятельство! Отец ты наш родной, — начал говорить гренадер Кабанов, — возьми же ты нас с собою; и мы послужим Богу и Царю, верою-правдою, и по-прежнему, по-старому, не ударим в грязь лицом имя русского, твоего полка; мы все хотим умереть под твоею властию». — «Хотим! Желаем!., батюшка ты наш Александр Васильевич!» – вскрикнули все гренадеры, и Александр Васильевич, обняв всех своим взглядом, радовался душевно, что питомцы его не изменились; что с такими чисто Русскими, в армии Царской служащими, мог он покорять весь мир под власть Царя Русского, и сказал им в ответ: «Буду просить о том Царя-Государя!». Лошадей переменили в экипаже, и Александр Васильевич, простившись со всеми, отправился в путь.

Сущность этого былого слышал я от штабс-капитана И.Г. Клеменки, служившего в 1799 году прапорщиком в Фанагорийском гренадерском полку.

Но не сбылось жаркое желание полка Фанагорийского; они не были в Италии, а поступили в корпус генерала Германа, и в Голландии, вместе с англичанами, были разбиты французами. Единственно оттого только понес поражение весь корпус, что командовавший оным не имел способностей быть вождем русских сил, даром что служил во времена великих русских полководцев. Так говорили тогда, и после, старики, люди звания высокого, люди русские, с душою русскою и умом-разумом. Оценка истинная, справедливая!