Поговорите с ними и узнайте, не подавая вида, есть ли красные на их станциях. Вы меня поняли?
– Совершенно.
На стене висел план железной дороги с названием станций. Он звонил и болтал со своими коллегами, а я рядом слушал и показывал на следующую станцию. Как будто, красных нигде не было.
В это время явились машинист и кочегар.
– Машина готова у перрона.
Я себя чувствовал диктатором. Я приказывал – и все бросались исполнять. Правда, один ящик с водкой опорожнился. Сторож, смазчик, стрелочник, прицепщик, жандарм, подметальщик, носильщик, помощник (не знаю чей) и инвалид-железнодорожник – все как по щучьему велению появлялись на моей дороге, вытягивались и отдавали честь, а я сыпал, как фортуна из рога изобилия.
– Прицепите один вагон… Дайте приказ на все станции, чтобы прямой путь был свободен, чтобы нам не останавливаться… Беги быстро, достань хлеба, огурцов, томатов и соли… Рюмки не забыли?.. Грузите ящик…
Я доставил себе еще удовольствие пойти к капитану-коменданту. Комната его выходила на улицу, и он, видимо, не был в курсе того, что происходит.
– Ах-ах, – воскликнул он, увидя меня. – Как же так случилось, что вы еще здесь? Я думал, что вы по крайней мере в Лондоне. Ха-ха-ха.
Я дождался неподвижно и молча конца его раскатистого смеха.
– Паровоз у перрона, и я сейчас уезжаю.
Смех оборвался, и он выпучил глаза.
– …Я должен вам сказать, что вы или бездарны, или саботируете. Вы ни в чем не помогли мне в моей чрезвычайной командировке. Берегитесь. Если, возвращаясь, я не найду здесь десять подвод для погрузки патронов, я доложу о вас генералу Топоркову, который шутить не привык.
Он проглотил мое замечание.
– Когда вы думаете вернуться?
– Ночью.
– Где же я найду подводы?
– Это уж ваше дело, – я отдал честь и вышел.
Конечно, хорошие организаторы редки. Но этот! Сидит и книжку читает и ненужные бумажки отписывает. Кочегары и машинисты делают что хотят, а он и в ус не дует. Какая шляпа. Повесить бы его за одну ногу…
Паровоз двинулся и стал набирать скорость. Мы с моим казаком влезли на паровоз, и я открыл первую бутылку. Мы проходили, не останавливаясь, мимо станций, и я выкидывал пустые бутылки. Я все больше братался с машинистом и кочегаром. Мы поклялись уже в вечной дружбе, но я все же не доверял им и попросил объяснить мне управление машиной. Оно крайне просто: рычаг в одну сторону – вперед, в другую – назад. Чем больше наклоняешь рычаг, тем скорей движение.
– Главное, не останавливайте что бы ни случилось.
Я старался передергивать, когда было возможно, выливал рюмку за борт. Но все же пришлось выпить много. Но я был хорошо натренирован в этом спорте, молод и здоров и мог долго сохранять светлую голову. Все же под вечер я задремал. Я проснулся, потому что паровоз стал тормозить и остановился.
На рельсах впереди лежало бревно, а с обеих сторон к нам бежали солдаты.
Проклятие! Так и есть! Я схватился за револьвер.
– Слезайте! – приказал первый.
Я не ответил, но вздохнул с облегчением и вложил револьвер в кобуру. У него были офицерские погоны.
Я показал ему свою командировку, пакет для начальника штаба Армии, но он все же не хотел верить, что до самого Славянска нет больше красных, и решил вести меня в штаб батальона в деревню. Этого я никак не хотел – была бы потеря времени, и черт их знает в чужой части…
– Кроме того, у меня имеется чрезвычайный пропуск.
– Чрезвычайный пропуск? А ну-ка покажите.
Я протянул ему две бутылки. Он расцвел.
– Э… Хм… Я вижу, что бумаги у вас в порядке и вы можете ехать… Эй, там. Уберите бревно с рельс. Счастливого пути.
Мы приехали в Горловку в два часа ночи. Я пошел разбудить дежурного офицера. Капитан раскрыл сонные глаза и взглянул на стенные часы.
– У меня весьма спешный пакет для его высокопревосходительства начальника штаба Армии.
– Приходите завтра утром.
– Я должен передать пакет в собственные руки немедленно. Это очень важно!
– Вы спятили, подпоручик? В два часа ночи?
– Это рапорт генерала Топоркова. Мы взяли Славянск. Я оттуда.
Он пожал плечами с досадой.
– Мы захватили хорошую добычу, посмотрите, – я протянул ему бутылку.
Сразу он совершенно проснулся и застегнул мундир.
– Конечно, это важные новости. Я пойду попробую, – он запер в шкаф свою бутылку. – Хм… Найдется у вас добыча для генерала?
– Да.
– Тогда я могу его разбудить.
Двадцать минут спустя сам его высокопревосходительство начальник штаба Армии (не помню, кто это был, не Шатилов ли?) появился на перроне. Я отрапортовал и отдал пакет.
Он меня расспросил о взятии Славянска, о свободном железнодорожном пути и замялся.
– Я слышал, что…
– Так точно, ваше высокопревосходительство.
Я побежал в свой вагон и принес четыре бутылки (все же генерал!). Я передал просьбу Топоркова о снарядах и патронах.
– Когда вы хотите ехать?
– Как только нагружу патроны.
– Хорошо. Я дам вам сто тысяч патронов и сто снарядов. Это все, что я могу дать в данный момент. Но скажите генералу Топоркову, что я буду посылать ему необходимое. Сейчас вам принесут мой ответ генералу Топоркову… Капитан, озаботьтесь немедленно погрузить снаряды и патроны. До свиданья, поручик, и спасибо.
