Итак, думаю, момент с их милыми обнимашками и журналистами, которые исподтишка это действо фотографировали. Уже представляю заголовки: «Девушка Мэловина нежно обнимает своего возлюбленного после чувственного выступления». По-моему, это вполне могло бы быть правдой. Но кто виноват, что эти двое — такие прыдурки?
После окончания эфира мы пошли в гримерку, где, конечно же, нужно было найти ПРИКЛЮЧЕНИЯ. Алиса столкнулась с Марув и пошло всё по пызде…
Ну спасибо нашему Косте если бы не он, то хрен знает кого бы тут не было. Алиса у нас разъярённая! Её эпичненько занесли к нам в зал!
Вечер обещает быть веселым: Данилко, Притула, Бочаров, команда и Алиса с подвёрнутой ногой. Ну не конечная, не? Это моё дело — ногу подворачивать.
Я сидела и мило беседовала с подругой, как тут мне пришло сообщение от Дани. Он уже ждёт нас возле хим.корпуса.
Сообщив это Алисе, я двинулась в сторону Мэла, ибо она же инвалид! Баран, блин.
— Константин, Вы поедете с нами, или додому — до хаты? — спросила бодро я, подходя к парню.
— Ну, я бы поехал, но мне нужно со всеми попрощаться, — сказал он, глядя на меня.
— Все вроде тут и попрощаться можно сейчас, — сказала я указывая на команду.
— Я с Аней еще попрощаться хочу, — ответил Мэл и выдохнул.
— Ах с Аней! — воскликнула Алиса, дохромав к нам.
— Так, ясно, — начала я, попутно разворачивая Алису в сторону выхода. — если захочешь приехать — адрес знаешь, подъезд знаешь, квартиру — само-собой тоже.
Я подхватила с дивана наши с Лисой шмотки, при этом не отпуская девушку, и подталкивала её к выхожу, пока она ничего не сказанула.
— Ну и вали к своей Ане! — крикнула Тимофеева уже в дверях, после чего я силой выпихнула её в коридор.
Когда мы выходили, я выслушала море лестных слов в сторону Бочарова. Ну почему? Я ж не он…
Во всяком случае вся эта ситуация напоминала какой-то анекдот.
С горем пополам мы дошли до машины, при этом чуть не упав пару раз из-за слякоти.
— Сядь и сиди на жопе ровно! — произнесла я и со злостью захлопнула заднюю дверь, усадив туда Алису.
— А что уже случилось? — поинтересовался Даня.
— Да так, инвалиды нас преследуют всю жизнь, — сказала я, сев на переднее сидение, и начала смеяться, за что получила лёгкий подзатыльник от сидящей сзади Лисицы.
— Молчи лучше! Подруга блин. Нет, чтобы поддержать там. Нет! Она сидит и ржёт! — возмущённо говорила девушка, щёлкая ремнём безопасности.
— Не понимаю, чего тебя так рвет? Ну, подумаешь, решил он попрощаться с «коллегой». Они в одной сфере работают! — спокойно сказала я.
-Почему? Ксюха, а ты головой нигде не ударилась? Почему-почему? Покачану! Кстати, тут есть какая-то бутылка, — девушка говорила, не останавливаясь и попутно доставая бутылку.
— Ах да, запасы. А то у нас в квартире всё еще «сухой закон» из-за некоторых -проговорил парень выезжая с территории университета и лукаво поглядывая на меня.
«У нас»…
— Я же могу это открыть? — поинтересовалась Лиса.
— А почему нет? — удивился Даня.
Вот мне интересно: я их тут не смущаю? Прямо в машине?
Ну ничего, вы ещё пожалеете об этом! Она же сейчас напьётся, а виноват будет он, ибо дал ей бутылку.
Мы поехали по заказанному мною маршрутом через центр, а там по набережной до северного моста. От него уже и домой.
Да это долго, но я хочу посмотреть на город. Киев весь светится, машин почти нет.
Слишком много всего случилось за последний месяц. Много плохого, хорошего. И я не жалуюсь. Сейчас я счастлива. И для того, чтобы это понять, мне нужно было проехать по родному городу в полном молчании. Эх, как тебя не любить? Киев родной…
Припарковавшись у дома, мы начали выходить из машины. Ну как выходить… Кто выходить, а кто выползать! Алкоголичка хренова! Как-то мы ролями поменялись.
Всю дорогу я была сконцентрирована на картинке за окном, а не на пьющей Алисе.
Подав девушке руку, чтобы та уже не мучилась, Алиса вышла, всучив мне бутылку.
— Алис, — начала я, придерживая под локоть Тимофееву.
— Не трогай меня! Я взрослая и самостоятельная! — говорила пьяным тоном подруга. Господи, спасибо что её никто кроме нас такой сейчас не видит!
Девушка, выдернув руку, пошла в сторону подъезда, хромая, но уверенно. Мы с Даней лишь выдохнули. Надеюсь, она сейчас пойдет спать и всё!
Распахнув дверь, Алиса сразу начала скидывать с себя вещи. И да, всё было бы как всегда, если бы она в прямом смысле этого слова не начала скидывать их, раскидывая в разные стороны. Бля, где моя чистоплюйка Алиса? Разувшись и откинув куртку в сторону, она начала своё повествование.
— Да чтоб они счастливы были! Козлище последнее, мудак одноглазый! Выбрал себе бабу и Бог с ним. А она… Фу, пошлятина, как такая может нравиться вообще?! — уже крича из своей комнаты, доносилось от Алисы. Тем временем я начала «свешивать» вещи в шкаф и думать, как бы её уложить спать.
Не думаю что Косте хватит смелости приехать. И это радует!
— Алиса, успокойся! Нравится ему её музыка, Господи! Подумаешь, тоже мне трагедия, — сказала я, упёршись о косяк двери её комнаты и скрестив руки на груди.
