– Сказать, что? Как, по-твоему, все выглядело бы, если бы за тобой сегодня следили? Моя предполагаемая подружка пьет с другим парнем.
Ну разумеется. Расследование. Больше его ничто не волнует.
– Кстати, что этот кадр тут делал? – продолжил Ник. – Он тебе… нравится?
Джордан двинулась прочь.
– Я не обязана отвечать на подобные вопросы.
Ник пошел следом.
– Нет, должна. Это может быть важно для операции.
Она резко развернулась:
– Да засунь свою операцию себе в задницу. Я же не стала задавать вопросы, когда твоя бывшая пригарцевала ко мне в магазин и рассказала о куче женщин, которых ты переимел. И как тебе плевать на них, потому что ты, видите ли, не заводишь отношений. Поэтому для тебя те же правила: никаких вопросов. Если я захочу выпить с Кэлом Киттриджем или любым другим мужчиной, это не твое дело.
Она толкнула Ника в грудь.
Он не двинулся. Зато схватил ее за руку, притянул к себе и прорычал:
– Черта с два. Очень даже мое.
И впился в ее губы поцелуем – грубым, властным. Джордан была в ярости и на взводе, поэтому вцепилась в его свитер, чтобы оттолкнуть, но…
Она невольно притянула Ника ближе. Он целовал ее до тех пор, пока Джордан не стала задыхаться, затем отстранился и уставился на нее сияющими зелеными глазами.
– Ну вот. Разве тот придурок мог бы тебя так поцеловать, – произнес Ник одновременно сердито и довольно.
Джордан раскраснелась от злости.
– Держу пари, любой придурок смог бы такое.
– Значит мне придется постараться, чтобы выделиться из толпы.
Он схватил ее снова, и они врезались в кирпичную стену рядом с винным стеллажом. Ник принялся целовать шею Джордан, и она почувствовала, как у нее подгибаются ноги. Когда щетина царапнула кожу, пришлось подавить стон.
Грубый. Совсем как она себе представляла.
– Я не должна, – пробормотала Джордан ему на ухо. – Семьдесят пять процентов времени ты мне вообще не нравишься.
– А в оставшиеся двадцать пять? – спросил он бархатным голосом, напоминавшим горячую ласку.
Не дожидаясь ответа, Ник схватил ворот ее блузки и нетерпеливо потянул. Первая пуговица расстегнулась. Вторая.
Он чуть отодвинулся и оглядел показавшийся лифчик. Затем с жаром посмотрел в глаза Джордан и, не отводя взгляда, расстегнул третью пуговицу.
– Ты можешь меня остановить, – хрипло напомнил Ник.
Да, может.
Когда она промолчала, он дернул сильнее и расправился с оставшимися пуговицами. Прохладный воздух омыл разгоряченную кожу, а Ник снова завладел губами Джордан. Обводя ее язык своим, он приспустил одну чашечку лифчика и низко застонал.
– Ник, – выдохнула Джордан.
Он опустил голову и принялся дразнить сосок языком. Она запустила пальцы в волосы Ника, наслаждаясь густыми шелковистыми прядями.
Он дернул вниз вторую чашечку, и теперь обе груди были приподняты и готовы для ласк. Когда Джордан выгнулась ему навстречу, Ник застонал.
– Боже, Джордан, ты охрененно горячая.
«С тобой», – чуть не ляпнула она, но прикусила губу и закрыла глаза. Язык Ника выписывал круги вокруг затвердевшего соска. Когда Маккол провел рукой по ее бедру и пробрался под юбку, Джордан задрожала от предвкушения. Он прикусил твердый бугорок и одновременно сунул ладонь ей в трусики. Джордан ахнула от нахлынувших ощущений.
Он ввел палец в ее лоно и принялся восхитительно медленно двигать им туда-обратно. Добавил второй, затем стал дразнить большим пальцем клитор, пока у Джордан не задрожали ноги.
– Хочешь этого? – прошептал Ник ей в губы, продолжая изысканную пытку. – Скажи вслух. Больше никаких игр, никакого сарказма. Только правда.
Ей и раздумывать не пришлось – она уже знала ответ. Может, глупо пытаться после всего того, что про Ника рассказала Лайза. Однако еще глупее позволить какой-то ревнивой незнакомке влиять на свою жизнь. Джордан приняла решение касаемо Ника – и за последствия винить будет тоже себя одну.
Она посмотрела ему в глаза.
– Отвези меня домой.
Что-то произошло. Лицо Ника смягчилось. Суровый фасад, стены, маска агента под прикрытием спали, и остался только он.
– Джордан, – прошептал Ник и снова ее поцеловал.
Она подалась навстречу. Больше никаких сомнений. Они отклеились от стены и стали постепенно продвигаться в сторону задней комнаты.
Ник обхватил лицо Джордан и посмотрел на нее горячо и властно:
– Если я отвезу тебя домой, то останусь. На всю ночь.
Она кивнула:
– И я ожидаю побольше грязных словечек.
Ник рассмеялся и погладил ее щеку пальцем.
– Серьезно, Родс, ты рвешь все шаблоны.
Он склонился и потерся носом о ее шею, а Джордан улыбнулась. Мелинда и Корин оказались правы – ей и на самом деле понравилось, как он произнес ее фамилию.
Из задней комнаты донесся звонок сотового. Разумеется, Джордан не стала отвлекаться.
Однако когда следом зазвонил стационарный, Ник напрягся.
– Не обращай внимания, – хрипло посоветовала Джордан. – Дай я захвачу пальто, и поедем.
Стационарный замолк, но снова ожил сотовый.
Ник выругался, яростно тряся головой.
– Поверить не могу, что я это сделал. Просто, блин, поверить не могу. – Внезапно посерьезнев, он посмотрел на Джордан. – Ответь на звонок.
Она потянулась к нему:
