Рори прекрасно понимал, что должен закончить изготовление сережек для магазинчика «Нежные сердца», но увиденный ночью сон не давал ему сосредоточиться. Ему снилась Керри, спящая на заднем сиденье брошенного автомобиля, рядом с ней клубочком свернулась лисица, а на спинке сиденья, над головой девушки, сидела огромная черная птица. Постоянные воспоминания об этом сне вызвали к жизни новый замысел, в котором соединились два животных, и этот образ был слишком ярким, чтобы Рори мог отказаться от его выполнения – острый клюв птицы и вытянутая мордочка лисы. Рори только никак не мог решить, воплотить замысел в кулоне или использовать в серьгах. В любом случае это должно сработать.
Рори сидел за кухонным столом и набрасывал различные варианты, с полки из динамиков доносилась музыка Энни. Группа выбрала себе название «Афро-кельтский звук». После нескольких минут прослушивания Рори решил, что название им вполне подходит. Совершенно различные инструменты народов двух континентов создавали замысловатую мелодию в танцевальных ритмах. В перерыве между двумя композициями в его дверь кто-то постучал.
Легка на помине, вспомнил Рори старую поговорку. Он решил, что это Керри, поскольку ни Энни, ни девчонки-вороны не утруждали себя такими условностями.
– Я видел такой странный сон о тебе прошлой ночью, – заговорил он, открывая дверь.
Рори мгновенно осекся, увидев, что перед дверью стоит Хлоя. Высокая, темноглазая, с копной черных волос, едва сдерживаемых черной лентой. Сейчас она больше напоминала строгую школьную учительницу, чем ту женщину, которую Рори привык видеть на крыше дома.
– Так ты знал, – с оттенком удивления произнесла Хлоя.
– Я думал, что в дверь постучал кто-то другой. – Рори покраснел от смущения и едва выговорил эту фразу. Через мгновение он выпрямился и откашлялся. – Входите, пожалуйста. У меня горячий кофе на плите.
Он пригласил Хлою просто по привычке. За все девять проведенных им в этом доме лет она ни разу не заходила дальше прихожей. Но в это утро Хлоя его удивила.
– Я с удовольствием выпью чашку кофе, – сказала она.
Рори отступил в сторону, и женщина шагнула в квартиру, распространяя запах аниса. Он никогда не мог понять, собственный ли это ее запах или аромат духов. На кухне Рори пришлось расчистить часть стола, и только потом он налил своей гостье кофе.
Возникло неловкое молчание. Рори хотел что-нибудь сказать, но в голове, как нарочно, – ни одной стоящей мысли. Даже визит Брэндона, едва ли замечавшего в этом мире что-нибудь, кроме музыки, не мог бы поразить его сильнее.
– Итак, – заговорил Рори и тут же пожалел о произнесенном слове, но оно было единственным, пришедшим ему на ум.
Хлоя улыбнулась:
– Мы оба ощущаем некоторую неловкость, не так ли?
– Нет, совсем нет, – запротестовал Рори и тут же сдался. – Да, вы правы. До сих пор мы не слишком много общались.
– Это не твоя вина. В последние годы я слишком экономлю слова – так говорит Энни.
– Я бы этого не…
– Лучше я сразу перейду к делу и избавлю нас обоих от ненужного беспокойства. Может, ты помнишь, как-то я попросила тебя помочь разгрести всякий хлам на чердаке? По-моему, это было весной.
Как же не помнить. Даже с помощью Энни и Лили у него ушло на это занятие добрых два дня, зато потом они организовали грандиозную распродажу подержанных вещей. И что еще приятнее, Хлоя отдала им треть вырученных денег. В том месяце жизнь показалась ему довольно приятной.
– Конечно помню, – ответил он, недоумевая, к чему приведет этот разговор. Оставалось только надеяться, что Хлоя не надумала почти через полгода изменить его долю выручки.
– Я тщетно искала в квартире один предмет и вспомнила, что могла нечаянно положить его в одну из коробок, которую вам пришлось разбирать. Это была небольшая жестяная черная банка. – Хлоя обозначила руками размер, приблизительно с книгу. – Банка была наполнена маленькими черными камешками. Ты случайно не помнишь ее?
Рори кивнул:
– У меня до сих пор хранятся эти камешки, по крайней мере большая часть. Я пытался разрезать их, чтобы сделать браслет, но ничего не получилось.
– Почему? – Хлоя от любопытства даже несколько наклонилась вперед.
– Очень странное явление. Как только я прикасался к ним резцом, камни один за другим мгновенно рассыпались в пыль. А ведь они очень твердые, я пробовал раскалывать их, изо всех сил швыряя об асфальт, они оставались целехонькими. Совершенно непонятно. Я хотел отнести их одному знакомому гранильщику, чтобы определить, что это за минерал, но так и не собрался. А что это за камни?
– Вряд ли я вспомню, как они правильно называются.
Еще бы! Их название каждый придумывал сам.
– Послушайте, – заговорил Рори, – мне очень жаль, что так получилось. Я не предполагал, что камни снова понадобятся.
– Не стоит беспокоиться.
– Все-таки большая часть у меня сохранилась до сих пор.
– Я пришла не из-за камней, – сказала Хлоя. – Мне бы очень хотелось вернуть жестянку, в которой они хранились. Она все еще у тебя?
Он покачал головой.
– А ты не знаешь, где она может быть?
Рори прикрыл глаза, пытаясь представить себе ту банку.
