Парням все же пришлось предъявить свои удостоверения, но этот тип, похожий на Тома Харди[4], и глазом не моргнул. Наверное, удачно они были подделаны. Или ему просто наплевать.
Мы переступаем порог, Кэм взвизгивает и хватает меня за руку.
– Как здесь классно! – кричит она и пританцовывает в такт гремящей музыке.
Клуб представляет собой гигантский круглый зал с открытой планировкой. Справа и слева тянутся белые столики с сиденьями, расположенными полукругом вокруг каждого столика, а у задней стены – барная стойка. В помещении полумрак с синеватым освещением. Это создает немного странное и волшебное ощущение холода. Пол отливает серебристо-серым и усиливает эту иллюзию.
Кэмерон ведет нас к столику рядом с баром, и мы садимся, чтобы немного выпить.
Прошел час, за который я успела выпить три порции коктейля «Кислый Мидори»[5], все мое тело гудит, и я готова пойти танцевать. Честно признаться, мы с Кэм были готовы пуститься в пляс, как только вошли, но парням надо «сначала осмотреться». Ох уж эта назойливая опека! Обдумывая, что мне делать дальше, я оглядываюсь по сторонам. И справа и слева от меня сидят ребята. Чейз слева, так что есть только одно логичное направление, в котором можно двигаться, чтобы выйти на танцпол.
Логично, эм, хоть и немного напряженно.
Похоже, ликеру я набралась достаточно, потому что моя задница все же отрывается от сиденья. Я действую быстро, чтобы никто не успел меня остановить и чтобы я сама не струсила. Между столиком и сиденьями не так уж много места, так что единственный способ вылезти – это прижаться задницей к коленям Чейза, что я и делаю. Чувствую, как каждый его мускул напрягается от соприкосновения. В ту же секунду он хватает меня за бедра и быстро проталкивает дальше. И оборачивается к Мейсону как раз перед тем, как тот говорит:
– Ари, могла бы попросить пропустить тебя.
Взгляд брата обжигает мне щеку, но я пропускаю его слова мимо ушей.
– Как видишь, братец, я уже вылезла из-за стола и теперь собираюсь потанцевать.
Кэм вскрикивает и кидается следом за мной.
– Сучка, меня не забудь.
– Обалдеть! – выдыхает Брейди, и мы все поворачиваемся в ту сторону, куда он смотрит.
С широкой улыбкой на лице он толкает Мейсона.
– Подвинься, братан. – Большим пальцем через плечо Брейди показывает на брюнетку, склонившуюся над стойкой бара. – Мне надо туда.
– Отсюда даже лица ее не видно. – Кэм презрительно морщит носик.
– Зато задницу легко разглядеть, – кидает ей Брейди и выжидающе смотрит на меня.
Я широко улыбаюсь и подхватываю популярную тиктоковскую шутку:
– Ах, что за задница…
– …в шикарных джинсах, – смеясь, заканчивает Брейди и поднимает руку для заслуженного «дай пять». – Знал, что ты не разочаруешь меня.
– Ладно, Вака Флока[6], пошли!
Кэмерон закатывает глаза и увлекает меня на танцпол.
Мы протискиваемся между танцующими и находим неплохое местечко в центре площадки.
– Вау, как мне хорошо! – перекрикивает музыку Кэм.
– Мне тоже, – хохочу я. Я заметно опьянела после этого коктейля.
Из динамиков звучит песня Ни-Йо
– Класс! – выкрикиваем пьяными голосами и принимаемся за дело. Крутим бедрами, вращаемся в такт музыке, наслаждаемся первой ночью в ночном клубе.
Я закрываю глаза и впускаю в себя музыку. Так происходит всегда. Когда я счастлива или грустна, когда злюсь на что-то, все, что мне нужно, – это музыка. Я всегда прислушиваюсь к текстам песен, и тональность влияет на мое настроение. Многие не любят грустные песни, потому что они заставляют вспомнить о собственной боли. А я, наоборот, готова утонуть во всех этих страданиях. Когда людям хорошо, они обычно включают что-нибудь зажигательное, чтобы потанцевать и повеселиться. Но почему бы не поплакать и не погрустить, если хочется? Музыка необходима мне так же, как моему близнецу необходим футбол. Ею наполнена моя душа, а сейчас моя душа полна страсти.
Через какое-то время светловолосый парень пробирается сквозь толпу и подкатывает все ближе к нам. Я приветливо улыбаюсь ему, и вот уже мы танцуем вместе. Боковым зрением замечаю Чейза и Мейсона – они танцуют с какими-то девчонками всего в нескольких футах от меня. Не сомневаюсь, что таким образом они решили последить за нами. Но, надо отдать им должное, парни стараются держаться в стороне. Возможно, потому что и мы не вешаемся на своих партнеров. Все о’кей.
Какое-то время спустя звучит
Я вскидываю руки вверх и бросаю партнера ради лучшей подруги. Как подвыпившие девицы в караоке-баре, мы громко и фальшиво поем хором.
Кэм дергает подбородком в сторону наших парней, и я точно знаю, о чем она думает. Пробираемся к мальчишкам и успеваем как раз к очередному припеву. Хором поем дурными голосами, вызывая друг у друга приступы смеха.
– Мило, девчонки, – хохочет Мейсон, отступая от нахмурившейся рыжеволосой девицы. – Очень мило.
Кэмерон улыбается и обмахивается, будто ей жарко.
– Жажда замучила, надо еще выпить!
Мейсон оглядывается по сторонам, скорей всего, в поисках Брейди, потом обнимает за плечи Кэмерон.
